-- Ничего, поѣдемъ, у меня съ собою превосходный револьверъ -- 14 пуль можно выпустить, хоть какого медвѣдя уложимъ. Иди, скажи, что у меня есть припасъ! Можетъ, пустятъ. Я дамъ тебѣ и на чай.
Парень убѣгаетъ и возвращается ликующій.-- Ѣдемъ! Сейчасъ привезутъ повозку. Въ рукахъ у него зажженный фонарь.
Дѣйствительно нѣсколько человѣкъ волочатъ небольшую повозку. На ней положено свѣжее, душистое сѣно.
-- А гдѣ-же лошади?-- спрашиваю я.
-- Погоди, уложимъ вещи, сейчасъ и приведутъ.
-- Ну, такъ укладывайте вещи такъ, чтобъ можно было лежа спать,-- говорю я и уже мечтаю, какъ хорошо будетъ валяться на свѣжемъ сѣнѣ.-- Точно въ Малороссіи... Ночь. Возъ поскрипываетъ, покряхтываетъ. Волы медленно плетутся.. Надъ головой чудное, звѣздное небо... А въ головѣ дивныя, какъ ясный сонъ, мечты... Хорошо!..
Ямщики увязываютъ веревками вещи и такъ крѣпко притягиваютъ ихъ къ повозкѣ, что я начинаю протестовать.
-- Нельзя иначе,-- отвѣчаютъ ящики,-- растеряешь иначе все. Эти ручки тебѣ устроили, чтобы держаки были..
Наконецъ ведутъ лошадь. Маленькую, бѣлую, волосатую лошадку держатъ подъ уздцы два дюжихъ ямщика, точно невыѣзжаннаго заводскаго жеребца. Начинаютъ запрягать въ оглобли; два ямщика по прежнему держатъ коника. Онъ -- запряженъ. Точно такъ-же приводятъ пристяжного. Все готово. Передъ обоими кониками стоятъ три человѣка. Меня этотъ "спектакль" упряжки положительно занимаетъ.-- Стоитъ-ли такъ возиться съ такими лошаденками?!.
Мой молодой ямщикъ садится, прибираетъ къ рукамъ вожжи.