-- Да намъ съ ней долго говорить не о чемъ!
Они повѣнчались, и "жена" послѣдовала за мужемъ.
Понятно, что при такомъ отношеніи къ побѣгу, для успѣшности его, необходимо лишь усыпить бдительность надзора непосредственныхъ стражей, раздобыть деньги на дорогу. А за паспортомъ и помощью товарищей дѣло не станетъ.
Но побѣгъ изъ Якутской области почти немыслимъ, благодаря отсутствію дороги по берегу, необходимости ѣхать въ теченіе 12--14 сутокъ только на пароходѣ по Ленѣ, полной возможности для администраціи "догнать" по телеграфу и, наконецъ, бѣшеной дороговизнѣ пути. Менѣе, чѣмъ за 500 рублей, отъ Якутска до Петербурга не добраться!
И побѣговъ изъ Якутской области почти никогда не бываетъ, а если и бываютъ, то являются настоящимъ событіемъ...
Для того, чтобы уйти отъ стражи, прибѣгаютъ къ разнымъ пріемамъ.
Одинъ знакомый ссыльный Z. бѣжалъ, благодаря тому, что его сожитель умѣлъ хорошо передавать чужой голосъ.
Всѣ -- ссыльные этого "городишки" пріютились въ одномъ большомъ домѣ съ мезониномъ, выстроенномъ еще декабристами. Такіе "двухъ-этажные" дома, хотя-бы и въ Киренскѣ, попадаются.
Z. занялъ мезонинъ. Товарищи поселились въ нижнемъ этажѣ.
Сначала исправникъ требовалъ, чтобъ они каждое утро являлись въ полицейское управленіе "показаться". Они всѣ наотрѣзъ отказались исполнять это "приглашеніе". И каждое утро къ нимъ началъ приходить "политическій надзиратель". Первое время Z. спускался внизъ росписаться на листѣ бумаги, а затѣмъ сталъ кричать сверху -- "дайте мнѣ сюда листъ, я вчера весь вечеръ работалъ, не хочу сходить". Ему стали подавать. Надзиратель или товарищи выкликали его "сверху", онъ показывался въ люкъ лѣстницы, соединяющей мезонинъ съ передней нижняго этажа, никогда не спускался и только просилъ дать бумагу. Товарищъ поднимали и передавалъ. За то, росписавшись или вовсе не показавшись надзирателю, Z., спустя нѣкоторое время, выходилъ на улицу погулять. Каждый вечеръ исправно онъ зажигалъ у себя на мезонинѣ огонь и ходилъ взадъ и впередъ, громко стуча каблуками. И надзиратель, вѣчно торчащій у ихъ дома, наблюдалъ его тѣнь на потолкѣ. Въ это время всѣ остальные товарищи иногда уходили пройтись по городу. Скоро вся полиція "городишки" знала, что о томъ, дома ли Z., занимается или бродитъ взадъ и впередъ, можно доподлинно узнать по его тѣни. Одинъ изъ товарищей научился подписываться почеркомъ Z. и началъ иногда замѣнять его, крича сверху -- "дайте сюда листъ".