-- Хвастунъ, заврался, самъ на себя клевещетъ,-- рѣшаетъ бравый офицеръ...
-- Сибирь, батюшка,-- обращается ко мнѣ старикъ-купецъ,-- настоящая Сибирь начинается -- и не того еще наслышитесь... Скоро узнаете, отчего люди хунгузами дѣлаются... Вотъ какъ! Эко вы насъ подняли -- я и чаю не допилъ...
-----
Нашъ экспрессъ стоитъ на какой-то большой станціи. Тутъ же на разъѣздахъ два воинскихъ поѣзда. Запасные солдаты жмутся шумными группами по перону вокзала. У всѣхъ усталый, запыленный видъ. Они одѣты въ ярко-желтые оранжевые и сѣрые картузы, такія же блузы, порыжѣлыя сапоги. Я подхожу къ одной изъ группъ.
-- Ну что, какъ ѣдете, братцы?
-- Сами видите баринъ,-- "ничего"...
-- Ну, а кормятъ какъ?
-- А вотъ у насъ сейчасъ объ этомъ разговоръ: кормятъ хорошо. Жаловаться нехьзя. Обѣдъ сегодня просто господскій быть! Самъ генералъ пробовалъ -- здѣшняго фельдфебеля расцѣловалъ. "Благодарю, что стараешься", сказалъ...
-- И вѣрно, обѣдъ хорошій... Только тѣмъ, кто съ ложками не поспѣли, круто пришлось: ничего не получили,-- иронически смѣется солдатикъ.
-- Какъ такъ?