-- Да, но за то я прикованъ къ Лимбергскому заводу. Попалъ на него три года назадъ, работаю хуже вола, а плату все не хотятъ прибавить. Не на что одежду справить. Пробовалъ перемѣнить заводъ,-- взять новое мѣсто,-- никакъ невозможно. Куда ни приду: "вы, должно быть, студентъ"?-- спрашиваютъ. Никакъ нѣтъ,-- отвѣчаю.-- "Ну, все равно, идите съ Богомъ, намъ такихъ не надо". Позвольте,-- говорю,-- вѣдь я уже три года на Лимбергскомъ заводѣ работаю. "Ну это ихъ дѣло. Значитъ пропустили, раньше и у насъ можно было, а теперь бунты пошли... Нельзя"... А то придешь иной разъ... Совсѣмъ уже готовы принять... "Какъ ваше званіе"?-- Дворянинъ такой-то.-- "Полякъ"?-- Нѣтъ,-- говорю,-- русскій. "Ну, русскаго дворянина намъ не надо. У васъ должно быть въ карманахъ книжки, можете по грамотѣ идти"... Чѣмъ же я виноватъ, что у насъ въ деревнѣ много мужиковъ-дворянъ... Посовѣтуйте мнѣ, баринъ, какъ бы отъ дворянства избавиться, а то никакой карьеры нѣтъ... Самъ я неграмотенъ... Бѣда и только... Дворянство это только мнѣ всякую ваканцію перебиваетъ...
Приходятъ два мальчика, на видъ лѣтъ 14-ти, исхудалые, блѣдные, съ синяками подъ глазами. Оба они все поглядываютъ другъ на друга. Наконецъ, меньшій изъ нихъ начинаетъ разсказывать, и я узнаю слѣдующее:
На одной изъ главныхъ улицъ города недавно открылся новый "Американскій Магазинъ" г. Цяпкина. На магазинѣ самая длинная городѣ вывѣска, съ крупными золотыми буквами. Магазинъ блестящій; въ немъ роскошный выборъ вещей; самъ хозяинъ -- привѣтливъ и ласковъ; въ окнахъ магазина, съ большими Зеркальными стеклами, по ночамъ обворожительно горятъ двѣ красныя печи; но, подъ всѣмъ этимъ блескомъ, въ темномъ подвальномъ помѣщеніи, два маленькія, мутныя окна котораго едва замѣтны проходящимъ мимо красныхъ огней, находится механическая мастерская того-же владѣльца г. Цяпкина.
Въ мастерской съ нависшимъ потолкомъ, болѣе всего похожей на склепъ, работаютъ 7 человѣкъ: одинъ мастеръ и шестъ учениковъ-мальчиковъ. Рабочій день начинается отъ 6 часовъ утра и тянется до 7 часовъ вечера. Въ теченіе этого времени на обѣдъ дается одинъ часъ, а на завтракъ -- полчаса, ѣдятъ тутъ-же. Въ помѣщеніи вентиляціи никакой, открывать же форточку г. Цяпкинъ не позволяетъ, говоря: "настудите мастерскую, а потомъ дрова будете жечь"! За малѣйшую оплошность они подвергаются побоямъ, какъ самого хозяина, спускающагося время отъ времени изъ своего блестящаго "Американскаго магазина" въ мрачное подземелье и здѣсь "перемѣняющагося", такъ и отъ подмастерья, полагающаго, что шесть битыхъ стоютъ 36-ти небитыхъ. Дѣти не знаютъ отдыха и въ воскресенье: въ этотъ день рано утромъ они выходятъ изъ подвала (тутъ они остаются ночевать въ субботу) въ чарующій магазинъ, увы!-- не для тoго, чтобъ насладиться его зрѣлищемъ, а чтобъ натереть своевременно паркеты, приготовивъ ихъ до 12 часовъ. Послѣ 12-ти часовъ ребята переходятъ изъ магазина... въ комнаты г. Цяпкина натирать и въ нихъ полы. Мальчики работаютъ безплатно. Но, если на лампѣ лопается стекло, г. Цяпкинъ заставляетъ мальчика, зажегшаго лампу, купить стекло "на свои деньги". И мальчики плачутъ, вынимая послѣдній пятакъ.
Впрочемъ, однажды г. Цяпкинъ самъ заплатилъ за разбитое, мальчикомъ стекло. "Сашка, дай лампу"!-- раздался грозный голосъ хозяина въ коридорѣ, ведущемъ въ подвалъ. Ученикъ, кинулся искать лампу. Она стояла около него, а онъ не замѣчалъ ея. Наконецъ, мальчикъ схватилъ лампу, зажегъ ее и подалъ хозяину. Медленность Сашки возмутила г. Цяпкина. Онъ размахнулся и ударилъ со всей силы своего ученика.
Голова Сашки попала на стекло лампы и вмѣстѣ со стекломъ, шарахнулась о стѣну. На головѣ выступила гуля, стекло не выдержало и разлетѣлось въ дребезги. На этотъ разъ г. Цяпкинъ не сказалъ ни слова о стеклѣ.
Въ наукѣ г. Цяпкина мальчики находятся въ теченіе отъ 4-хъ до 5-ти лѣтъ. Для того, чтобы придти съ фабричной слободы (они живутъ у родителей) на работу, мальчики должны встать въ 5 часовъ утра. По окончаніи работы, въ 7 часовъ вечера, они обязаны убрать мастерскую, на что уходитъ не менѣе 1/2 часа. Для того же, чтобъ добраться домой, имъ нужно потратить около часа. Итого они заняты съ 5-ти часовъ утра до половины девятаго, или 15 1/2 часовъ! За это время мальчики не ѣдятъ горячей пищи, довольствуясь селедкой, обрѣзками колбасы, чаемъ въ прикуску и хлѣбомъ. Даже простой каши они никогда не видятъ.
И вотъ теперь Сашка, подъ вліяніемъ меньшого Петра, рѣшилъ наказать г. Цяпкина,-- Пусть отецъ меня выпоретъ -- говоритъ Сашка,-- а на судъ подавайте.
-- Не бойся, Сашка,-- замѣчаетъ меньшой,-- онъ тебя не запоретъ, съ тобой, что ни дѣлай, ничего не станется: ты луженый... Этакъ его махнулъ о стѣну, и голова не разлетѣлась! Вѣдь правда, господинъ,-- обращается онъ уже ко мнѣ,-- мертвая рыба всегда плыветъ по водѣ, а живая идетъ противъ воды?
-- Кто это вамъ сказалъ?