- Не сказано. Но дело не в этом, а в том, что, раз эта эпидемия занесена в Европу, кто ее знает, где она остановится.
- Ну, уж об этом позаботятся, можешь быть спокоен, - сказала миссис Гослинг, с несокрушимой верой в научные ресурсы цивилизации. - Там ведь даже сказано про это - там, откуда ты читал.
Но Гослинг стоял на своем. - Возможно. Но представь себе, что эта болезнь появилась в Лондоне, и половина мужчин не работает - как ты думаешь, что было бы с вами, женщинами?
Мисс Гослинг совершенно неспособна была к разрешению таких отвлеченных задач. - Ну, разумеется, - ответила она, - все знают, что женщине не обойтись без мужчины.
- Ага! Вот видишь. Вот то-то и оно, - торжествовал Гослинг. - И вы, девочки, не забывайте этого.
Милли хихикнула, а Бланш сказала: - Хорошо, папочка, не забудем.
«Девочки» снова занялись своими вычислениями: они теперь вычеркивали все, что не было «безусловно необходимым». На бумаге пять фунтов оказывались суммой очень маленькой.
Гослинг снова углубился в газету, которая скоро выпала у него из рук. Жена его подняла голову над шитьем и многозначительно приложила палец к губам. Бланш и Милли понизили голоса до шепота: глава семьи, работник и добытчик предался послеобеденному отдыху, оберегаемый подвластными ему и подопечными женщинами.
В эту минуту в Лондоне было, наверное, не меньше четверти миллиона таких добытчиков, которые, хоть, может быть, и разошлись бы в мнениях с Гослингом касательно реформы тарифов, или талантливости министра Государственного Казначейства, но в том, что он высказал в этот вечер, по существу, были бы с ним вполне согласны.