Кромѣ этого, негоднымъ слугамъ Нахтигаля и воинамъ султана удалось овладѣть еще однимъ деревомъ. На немъ находился только одинъ защитникъ. Послѣ того, какъ нападавшимъ удалось поджечь хижину, воинъ поднялся выше и защищался тамъ долгое время противъ нѣсколькихъ вооруженныхъ копьями. Въ это время другіе охотились по сучьямъ дерева за дѣтьми и женщинами.
Между тѣмъ нападавшимъ удалось ранить храбраго негритянскаго воина, который свалился съ дерева и, подобно своимъ собратьямъ, былъ изрубленъ въ куски. На деревѣ оставались еще два мальчика -- лакомые куски для торговцевъ человѣческимъ мясомъ! Они взбирались все выше и выше, спасаясь отъ преслѣдователей, которые лѣзли за ними по пятамъ. Вотъ бѣдныя дѣти достигли вершины -- дальше некуда! Позади жестокіе враги. Они подбираются ближе и ближе. Но жертвы ускользнули отъ нихъ. Дѣти въ порывѣ геройскаго отчаянія предпочли лучше броситься съ вершины внизъ головой и разбиться въ дребезги, чѣмъ отдаться въ руки врагамъ. Въ ужасѣ, закрывъ глаза, Нахтигаль отвернулся въ сторону, чтобы не видѣть звѣрской сцены, которая слѣдовала за всякимъ паденіемъ. Передъ его глазами одинъ за другимъ гибли несчастные обитатели воздушныхъ хижинъ. Вотъ преслѣдователямъ удалось открыть дерево, на которомъ укрывался старшина племени. Въ нижнемъ этажѣ его жилища толпились козы, которыя съ невиннымъ любопытствомъ смотрѣли черезъ плетень на шумѣвшихъ внизу людей. Выше, въ корзинкѣ находился самъ старшина, который съ удивительной ловкостью мѣшалъ нападавшимъ поджечь его жилье. Когда тѣмъ, наконецъ, удалось овладѣть нижнимъ этажемъ, старшина съ женами и дѣтьми забрался выше и засѣлъ въ развилинѣ, гдѣ стволъ дерева дѣлился на три могучихъ вѣтви. Отсюда онъ металъ въ нападавшихъ свои стрѣлы. Вскорѣ людямъ султана удалось ранить молодого сына старшины. Тотъ полѣзъ выше на дерево; за нимъ послѣдовали женщины, которыя перетащили въ болѣе безопасное мѣсто одного за другимъ грудныхъ дѣтей, въ то время какъ храбрый старшина, не потерявъ присутствія духа, хладнокровно отгонялъ нападавшихъ длиннымъ копьемъ, упорно оставаясь на своемъ посту. Снизу въ него палили изъ ружей, но ни одна пуля не задѣла героя. Вѣроятно, онъ погибъ бы подобно другимъ, если бы у разбойниковъ не вышелъ весь порохъ. Напасть же на храбраго воина въ рукопашную у этихъ трусовъ не хватало мужества.
Отчаявшись овладѣть остальными деревьями -- крѣпостями, люди Багирми прекратили въ полдень бой и потянулись назадъ въ лагерь. Добыча была не особенно велика -- всего 50 рабовъ, а добиться подчиненія племени Кимре имъ не удалось. Эта ничтожная удача разожгла жадность приверженцевъ султана, и они съ жаромъ принялись охотиться на людей. Но такъ какъ враждебныя племена оказывали упорное сопротивленіе, то Багарми предпочли нападать на "подданныхъ" султана, обитавшихъ въ сосѣднихъ селеніяхъ. Они безъ церемоніи врывались въ селеніе, жители котораго въ ужасѣ разбѣгались. Тогда начиналась травля. Одни грабили хижины и уводили скотъ, другіе рыскали по кустамъ и охотились на женщинъ и дѣтей. Взрослыхъ мужчинъ не брали въ плѣнъ, а просто убивали на мѣстѣ, потому-что изъ нихъ выходятъ скверные, непослушные рабы. Разъ слуги султана, которыхъ онъ не пустилъ въ походъ съ другими, разорили, такимъ образомъ, ближнее селеніе, гдѣ жили особенно дружественные султану негры. Нахтигаль былъ особенно возмущенъ этимъ и принялся упрекать "фатчу" въ вѣроломствѣ.
-- Да полно, -- твердилъ тотъ, -- язычникамъ нѣтъ пощады!
Нахтигаль пробрался къ султану и послѣ долгихъ хлопотъ успѣлъ уговорить его отпустить коварно пойманныхъ плѣнныхъ. Вообще же заступничество его приносило мало пользы.
Султанъ и его шайка истребили въ окрестности съѣстные припасы, и имъ нечего было щадить людей, изъ которыхъ они хотѣли извлечь еще послѣднюю пользу. Набѣги вскорѣ опустошили округу и вызвали въ уцѣлѣвшихъ жителяхъ страшное озлобленіе, такъ что положеніе разорявшихъ ихъ негодяевъ стало опаснымъ.
Встревоженный султанъ вздумалъ даже совѣтоваться съ Нахтигалемъ, какъ выпутаться изъ бѣды. Но путешественникъ уклонился отъ бесѣды.
-- Государей и вообще людей, которые не щадятъ своихъ ближнихъ, всемогущій Аллахъ не жалуетъ,-- сказалъ онъ,-- а я, какъ христіанинъ, не желаю вмѣшиваться въ безбожныя дѣла. Думай самъ, какъ выйти изъ затрудненія, меня же Аллахъ въ положенный срокъ уведетъ отъ вѣроломныхъ людей!
Султанъ рѣшилъ двинуться дальше на востокъ. Когда люди его уложились и караванъ двинулся впередъ, къ покинутому поселенію собралось множество вооруженныхъ туземцевъ. Не дожидаясь даже ухода "гостей", они подожгли оставленныя хижины и съ громкими ругательствами и воемъ потрясали оружіемъ, осыпая удалявшихся проклятіями. Море огня, густые клубы дыма и грозные вопли раздраженныхъ дикарей -- вотъ что провожало бродячаго султана и его кровожадную шайку въ неизвѣстный путь.