Норденшильдъ явился сюда въ такое время, когда человѣческая жадность еще не истребила звѣря. Острова принадлежатъ Россіи и были въ то время отданы въ аренду одной американской компаніи, которая имѣла тамъ колонію и держала рабочихъ.
Въ Штеллерово время Комодорскіе острова прямо кишѣли звѣремъ. Напримѣръ, песцы водились въ такомъ количествѣ, что люди не знали, какъ отдѣлаться отъ нихъ: звѣри стаскивали со спящихъ шапки, рукавицы, одѣяла, чуть не отгрызали имъ носы; они обгладывали трупы умершихъ на глазахъ живыхъ, слишкомъ слабыхъ, чтобы отогнать ихъ. Песцы тащили все, что могли, даже совсѣмъ ненужныя имъ вещи, какъ напр. металлическія, которыя прятали въ камняхъ. Ихъ съ трудомъ можно было отогнать палками. Теперь песцовъ осталось такъ мало, что, напр., Норденшильдъ за все время своего пребыванія не видѣлъ ни одного.
Затѣмъ здѣсь въ изобиліи водилась морская выдра, (или морской бобръ), мѣхъ которой оцѣнивался уже въ то время въ 80--100 р., а теперь стоитъ до 3000. Люди Беринга, шутя, набили около 900 шкуръ. Въ настоящее время это крайне рѣдкій звѣрь. Но самымъ любопытнымъ звѣремъ являлась громадная морская корова. Это животное достигало 4--5 саженъ въ длину и вѣсило до 250 пудовъ, оно было покрыто волосатой шкурой темнаго цвѣта съ бѣлыми пятнами, снабжено плавниками и, вмѣсто зубовъ, имѣло роговыя пластинки, съ помощью которыхъ, на подобіе настоящей коровы, щипало прибрежныя водоросли. Штеллеръ разсказываетъ, что громадный прожорливый звѣрь подпускалъ къ себѣ людей вплотную и нисколько не смущался, если его трогали и гладили. Морскія коровы паслись стаями, и если убивали одну, то другія употребляли всѣ усилія, чтобы выручить товарища. Въ послѣдній разъ звѣря видѣли, по собраннымъ Норденшильдомъ свѣдѣніямъ, въ 1854 г. Съ тѣхъ поръ онъ исчезъ, очевидно, вымеръ вслѣдствіе жадности промышленниковъ и недостатка безопасныхъ пастбищъ. Теперь о немъ можно судить только по немногимъ уцѣлѣвшимъ костямъ, которыя Норденшильдъ успѣлъ собрать на островѣ исключительно благодаря своей настойчивости.
Американская компанія взяла острова въ аренду въ моментъ, когда котики, подобно другимъ звѣрямъ, готовились исчезнуть навсегда. Обязавшись уплачивать за каждаго звѣря по 2 р., компанія немедленно приняла строжайщія мѣры съ цѣлью сохранять звѣря и увеличить такимъ образомъ его добычу. Прежде всего было установлено время, когда добыча не производится; затѣмъ строго наблюдалось за тѣмъ, чтобы на промыслѣ не убивали матокъ и дѣтенышей, а почти исключительно молодыхъ самцовъ. Старые самцы отличаются плохой шкурой: они дерутся съ соперниками тамъ задорно, что обыкновенно мѣхъ ихъ прокусанъ и. покрыть рубцами во многихъ мѣстахъ. Правильный промыселъ на этого звѣря возможенъ только потому, что котики имѣютъ удивительную привычку возвращаться изъ года въ годъ все къ тѣмъ же самымъ мѣстамъ. Сотни тысячъ ихъ буквально усѣиваютъ излюбленные ими, далеко вдающіеся въ море уединенвые мысы, на которыхъ они остаются въ теченіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ, совершенно не заботясь о пищѣ. Первыми въ маѣ и въ началѣ іюня являются самцы. Между ними начинаются отчаяныя драки за мѣста: каждый звѣрекъ старается занять необходимое ему пространство около 100 кв. футовъ возможно ближе къ морю, но успѣваютъ въ этомъ самые сильные и злобные, слабые принуждены карабкаться дальше на берегъ. Занявъ мѣсто, звѣрь валяется на немъ или спитъ, не переставая быть въ любой моментъ готовымъ защитить свое лежбище отъ новаго соперника. Самое любопытное, что котики пользуются одной изъ своихъ заднихъ лапъ въ качествѣ вѣера, обмахиваясь ею или защищаясь отъ солнца. Говорятъ, картина на лежбищѣ, когда сотни тысячъ такихъ лапъ машутъ въ воздухѣ, въ высшей степени оригинальна. Въ половинѣ іюня съ моря приближаются самки. Самцы наперерывъ передъ другомъ заманиваютъ ихъ къ себѣ. Устроивъ свою подругу, звѣрь спѣшитъ къ берегу за другой, а въ это время его сосѣдъ переманиваетъ самку къ себѣ, чтобы въ свою очередь лишиться ея, благодаря кознямъ смежнаго съ нимъ и лежащаго еще дальше отъ моря самца. Все это даетъ поводъ къ цѣлому ряду поединковъ, побѣдителями въ которыхъ остаются, конечно, самые сильные. Въ концѣ концовъ наступаетъ миръ. Когда появляются на свѣтъ молодые, самцы уплываютъ въ море, матки же съ дѣтенышами и совсѣмъ молодые самцы остаются на лежбищѣ до средины сентября. Къ этому времени дѣтеныши научаются плавать, и тогда всѣ звѣри покидаютъ острова до будущаго года. Гдѣ они проводятъ остальное время, неизвѣстно. Вѣроятно, разсѣиваются по океану и живутъ розно. Какъ происходитъ, что въ опредѣленное время они чувствуютъ необходимость приблизится къ тѣмъ же островамъ, какъ находятъ сюда дорогу звѣри, предпринимающіе странствіе въ первый разъ -- остается загадкой.
Самцы моложе 6 лѣтъ, а также молодыя самки не устраиваются на общемъ лежбищѣ -- тысячи и десятки тысячъ ихъ собираются особо и проводятъ время въ рѣзвыхъ играхъ, точно собаки, или же всѣ сразу, словно по сигналу, заваливаются спать на солнечномъ припекѣ. Вотъ эта то невинная молодежь и является легкой добычей промышленниковъ, которые, явившись на мѣсто, отрѣзаютъ стаю отъ моря и затѣмъ медленно гонятъ смѣшно ковыляющихъ звѣрьковъ на 1 или 2 километра дальше отъ берега на поляны, гдѣ происходитъ "бой." Здѣсь промышленники отгоняютъ назадъ такихъ звѣрей, шкуры которыхъ почему либо оказываются плохими, остальныхъ же, не обращая вниманія на ихъ жалобный вой, глушатъ ударомъ дубины по головѣ. За каждаго убитаго котика промышленникъ получаетъ по 1 рублю.
Въ этомъ году было такимъ образомъ убито 13.000 котиковъ. Ободранные трупы ихъ валялись на берегу моря и заражали своимъ запахомъ воздухъ. Но обстоятельство это, повидимому, нисколько не вліяло на расположеніе духа ихъ живыхъ товарищей, которые спокойно лежали тутъ же.
19-го августа, въ день, когда въ прошломъ году "Вега" достигла сѣверной оконечности Азіи, судно покинуло Комодорскіе острова.
