Недалеко отъ городка Торнео стоитъ гора Авасакса. Въ іюнѣ туда ѣздятъ, чтобы съ вершины ея любоваться незаходящимъ солнцемъ.
При долгомъ днѣ, въ мягкомъ, негаснущемъ свѣтѣ бѣлыхъ ночей, растительность развивается съ необыкновенной быстротой. Между сѣменемъ, стеблемъ, цвѣтомъ и плодомъ лежитъ одинъ только длинный день, и когда онъ клонится къ концу, когда первые сумраки набрасываютъ на землю прозрачное покрывало, и первая звѣзда начинаетъ еле мерцать на вечернемъ небѣ, то кажется, словно надъ полями и долинами зву-читъ вечерній звонъ, призывъ къ долгому покою. Краса лѣта исчезаетъ такъ же быстро, какъ пришла: наступаютъ морозныя ночи. Еще все зелено, но по утрамъ нѣжную растительность бьетъ по сырымъ низинамъ колкій морозъ. Это "желѣзныя ночи" пришли. Все одолѣваетъ человѣкъ упорнымъ трудомъ, но горе землепашцу, котораго неумолимая нужда загнала на холодное болотце -- желѣзныя ночи безжалостно сражаютъ его тощій урожай.
За холодными ночами задуваетъ вѣтеръ отъ полуночи, изъ страны злой вѣдьмы Лоухи, и очень быстро одѣваетъ все въ грустный разноцвѣтный уборъ опадающихъ листьевъ. Приходитъ зима, но не съ туманами и сѣрыми дождливыми облаками. Она не врагъ, а добрый товарищъ. Зима строитъ мосты, разстилаетъ пушистыя дороги, сокращая тѣмъ разстоянія и дѣлая проѣзжими непроходимыя дебри. Зима съ чуднымъ полярнымъ сіяніемъ, бѣлыми сугробами, звенящими бубенцами, съ быстрымъ бѣгомъ на лыжахъ, съ дальными поѣздками на круто выгнутыхъ саняхъ, съ уютнымъ очагомъ. Только въ прибрежной юго-западной полосѣ зима, хотя и теплая, но вѣтрянная и съ частыми оттепелями, такъ что жители Гельсингфорса могутъ жаловиться на свою погоду еще съ большимъ правомъ, чѣмъ обитатели Петербурга.
"Суровая задумчивость, смѣшанная съ грустной улыбкой, покоится на челѣ Финляндіи. Ея красота часто блѣдна, какъ сѣверное сіяніе, и печально-задумчива, какъ ея темный боръ. Половина ея жизни похоронена во мракѣ, а другая протекаетъ въ непрерывномъ свѣтѣ"!
Такъ характеризуетъ природу своей родины одинъ изъ ея сыновъ.
ГЛАВА II.
Далекое прошлое Финляндіи.
Ледъ, ледъ и ледъ... Мощныя толщи льда, который сплошь покрываетъ страну на тысячи верстъ окрестъ, и надъ которымъ тамъ и сямъ торчатъ черныя верхушки утесовъ. Такой видъ имѣла Финляндія много тысячъ лѣтъ тому назадъ, когда на всемъ нашемъ сѣверѣ царилъ громадный ледникъ, какой покрываетъ теперь лишь малоизвѣстныя области вокругъ обоихъ полюсовъ. Возможно ли это? Неужели тамъ, гдѣ раскинулись лѣса и пашни, гдѣ дымятъ многолюдные города и несутся паровозы съ вереницами вагоновъ, лежалъ ледяной покровъ чуть не въ нѣсколько верстъ толщиною? Чудовищная мысль, отъ которой отказывается человѣческое воображеніе! Финляндія подо льдомъ! И не только Финляндія, но добрая часть Россіи, вся Скандинавія, сѣверная Германія... Однако, это такъ, вѣрнѣе, мы принуждены думать, что это было такъ, иначе, намъ не понять, почему такой видъ у Финляндіи, откуда эти массы сглаженнаго гнейса, округленные валуны, длинные продольные и поперечные озы; вѣдь стоитъ только копнуть ихъ, и сейчасъ же обнаруживается, что озы навалены гигантскимъ ледникомъ. Мало того. Гладкія скалы несутъ на себѣ полустертыя временемъ царапины, они часто имѣютъ форму "бараньихъ лбовъ", они выдаются въ озера и въ море длинными полуостровами.
И когда вы разсмотрите, куда направлены царапины, куда смотрятъ "лбы", почему царапины, лбы, каменные кряжи, многіе озы, извилины озеръ и морскихъ береговъ простираются въ одну и ту же сторону, именно съ сѣверо-запада на юго-востокъ, вамъ невольно приходитъ въ голову, что все это совершила какая-то одна могучая сила. Она словно руками провела по странѣ, и чуть не на вѣки оставила печати своего пребыванія на всей поверхности ея. Слѣды великаго ледниковаго періода, въ объятіяхъ котораго еще и теперь живутъ околополярныя страны, какъ напримѣръ, Гренландія, ясны всякому, кто, съ цѣлью изученія прошлаго земли, посѣщалъ Финляндію. Эти шрамы разсказываютъ намъ о далекомъ прошломъ страны съ неменьшей достовѣрностью, чѣмъ египетскіе іероглифы, разгадавъ которые, ученые узнали древнѣйшую исторію Египта. По какой причинѣ этотъ ледникъ таялъ, отступалъ, увеличивался на время и потомъ исчезъ совершенно -- мы не знаемъ.
Несомнѣнно, его медленно оттѣсняло къ полюсу тепло, но откуда и почему надвинулось оно -- еще неизвѣстно. Ледникъ исчезъ, но освободившаяся отъ его холоднаго гнета страна стала добычею моря. Море нѣсколько разъ заливало Финлянію, отлагая свои глины и пески поверхъ ледниковаго наноса. Подымалось ли и опускалось оно? Нѣтъ, правильнѣе думать, что медленно колебалась земля, тихо вздымалась и опускалась каменная грудь Финляндіи. Она не успокоилась и теперь.