ГЛАВА II.
Возстаніе Махди.
Слухи о стеченіи богомольцевъ на островъ Абба, о тайныхъ проискахъ и намѣреніяхъ Мохамедъ-Ахмета достигли вскорѣ до египетскаго губернатора Реуфъ-паши въ Хартумѣ. Онъ, конечно, понялъ, что можетъ произойти изъ того, и рѣшилъ такъ или иначе захватить отшельника и сдѣлать его безвреднымъ. Не желая волновать народъ, онъ послалъ на островъ Абба одного своего чиновника съ пароходомъ, поручивъ ему уговорить Мохамедъ Ахмета пріѣхать добровольно въ Хартумъ. Явившись къ отшельнику, этотъ чиновникъ повелъ рѣчь издалека, сталъ говорить о толкахъ и волненіяхъ въ народѣ и въ заключеніе пригласилъ Мохамедъ Ахмета отправиться съ нимъ на пароходъ и затѣмъ въ Хартумъ, чтобы оправдаться передъ пашой. Не успѣлъ чиновникъ окончить свою рѣчь, какъ Мохамедъ Ахметъ въ дикой ярости вскочилъ съ земли и, ударивъ себя въ грудь рукой, гордо и властно вскричалъ:
"По милости Бога и пророка я господинъ этой земли! Никогда нога моя не будетъ въ Хартумѣ, и никакія силы не заставятъ меня дать отвѣтъ кому-либо на землѣ! Передай это своему пашѣ"!
Испуганный чиновникъ пытался вкрадчивыми рѣчами успокоить новаго пророка, но тщетно. Махди былъ уже оповѣщенъ тайными друзьями о намѣреніяхъ наши и теперь, подготовивъ все и уговорившись со своими послѣдователями, открыто поднялъ мятежъ. Едва чиновникъ уѣхалъ какъ Махди разослалъ во всѣ концы пословъ съ грамотами, въ которыхъ просилъ своихъ тайныхъ приверженцевъ быть готовыми начать "джихадъ" -- войну за вѣру, и тотчасъ вооружилъ своихъ приближенныхъ.
Черезъ нѣсколько дней пароходъ "Измаилія" высадилъ на островъ Абба отрядъ египетскихъ солдатъ, которому было приказано схватить бунтовщика силой. Темною ночью солдаты, раздѣлившись на два отряда, двинулись по топкой болотистой почвѣ острова, покрытой камышомъ и высокой травой, къ селенію Махди. Но предупрежденный вновь своими друзьями, онъ уже заранѣе покинулъ со своими учениками и послѣдователями соломенныя хижины и ожидалъ врага, притаившись за стѣною густой растительности. Наканунѣ онъ разсказалъ своимъ послѣдователямъ, что ему было видѣніе: самъ пророкъ спустился къ нему съ неба, приказалъ ему взяться за оружіе въ защиту вѣры и предсказалъ вѣрный успѣхъ, а тѣхъ, кто падетъ въ бою, обѣщалъ на крыльяхъ ангеловъ унести въ рай. Этими разсказами Махди до такой степени разжегъ въ своихъ послѣдователяхъ религіозный фанатизмъ, что они, какъ тигры, едва сдерживали себя, ожидая сигнала кинуться на врага.
Между тѣмъ солдаты, проплутавъ нѣкоторое время по незнанію дороги, наконецъ, добрались до селенія и, полагая, что враги, не подозрѣвая ничего, мирно спятъ подъ соломенными кровлями, открыли огонь, но, не видя ничего въ темнотѣ, поражали своихъ же, подкравшихся съ другой стороны. Воспользовавшись этимъ смятеніемъ, воины Махди выскочили изъ засады, съ дикимъ ревомъ кинулись на смущенныхъ солдатъ, и черезъ нѣсколько мгновеній безчеловѣчной рѣзни солдаты кинулись въ разсыпную, преслѣдуемые по пятамъ разъяренными махдистами. Лишь немногіе изъ нихъ спаслись на пароходъ, капитанъ котораго, до смерти испуганный этой катастрофой, немедленно отплылъ прочь
Ликуя собрались побѣдители вокругъ своего вождя. Почти никто изъ нихъ не палъ въ свалкѣ, лишь самъ Махди получилъ легкую рану, которую ему сейчасъ же перевязалъ ни на шагъ не отстававшій отъ него Абдуллахи, дабы послѣдователи, которые считали своего пророка неуязвимымъ, не замѣтили ея.
Несмотря на этотъ успѣхъ, люди колебались пристать къ пророку, опасаясь наказанія. Оставаться на островѣ было небезопасно, и потому Махди съ толпой своихъ послѣдователей двинулся вглубь Кордофана.
На пути къ нему приставали новые приверженцы, но вліятельные купцы и шейхи продолжали колебаться. Между тѣмъ по небрежности правителей, отряды войскъ, посылаемые въ догонку за уходящей толпой мятежниковъ, терпѣли пораженіе за пораженіемъ. Эти удачи позволяли приверженцамъ пророка распространять невѣроятные разсказы о чудесахъ толпы ангеловъ, спускаясь съ неба, прогоняли враговъ, вражескія пули безъ вреда падали у ногъ махдистовъ или возвращались назадъ, поражая преслѣдователей, святые и самъ пророкъ являлись и бесѣдовали въ тиши ночей съ Махди, подавая ему совѣтъ и помощь. Удалившись въ неприступныя горы, Махди разсылалъ во всѣ стороны гонцовъ, волнуя народъ и призывая его къ священной войнѣ. Зная жадность и религіозный фанатизмъ арабовъ, онъ сулилъ однимъ четыре пятыхъ будущей добычи, другимъ -- мученическій вѣнецъ и вѣчныя радости рая. Но положеніе его было очень опасное. Люди его были плохо вооружены и, уходя съ женами, съ дѣтьми, со всѣмъ скарбомъ отъ непріятеля, они терпѣли голодъ и лишенія.