-- Ну да это все равно.
-- Но развѣ американцы такъ презираютъ негровъ, за то, что они были рабами?
Въ разговоръ вмѣшался пожилой господинъ съ очень слащавой физіономіей.
-- Мой милый другъ, сказалъ онъ Митѣ, нѣсть эллинъ, ни іудей, ни рабъ... сказано въ Писаніи...
-- Я и самъ такъ думаю, -- возразилъ Митя.
-- Всѣ люди равны предъ лицомъ Господа, и когда они предстоятъ его милостивому суду, у Него нѣсть лицезрѣнія...
-- Да, я тоже такъ думаю, между тѣмъ у васъ въ Америкѣ презираютъ негровъ и, кажется, не считаютъ ихъ за людей.
-- Отъ нихъ воняетъ! вставилъ басомъ третій пассажиръ съ очень длинными ногами, которыя онъ старался задрать возможно выше.
-- Видите-ли, сказала дама, послѣ междоусобной войны они получили всѣ права, но равными намъ они не стали. Мы относимся къ нимъ гуманно, и вы никогда не услышите здѣсь слова "негръ", а всегда "цвѣтной джентльменъ", и тѣмъ не менѣе между нами и ими глубокая пропасть. У насъ, въ особенности въ сѣверныхъ штатахъ, много цвѣтныхъ, которые получили хорошее образованіе, имѣютъ манеры, имѣютъ даже большія средства, и тѣмъ не менѣе никогда бѣлый не станетъ вести знакомство съ ними на равной ногѣ, пусть цвѣтной имѣетъ всего только каплю африканской крови.
-- Какъ же узнать, что онъ негръ? спросилъ Митя.