Вслед за тем в дом ворвался исправник, а за ним полицейский пристав и казачий офицер. С револьвером в руке пристав орал:
— Руки вверх, стрелять будем!
За спинами передних товарищей, которые вынуждены были поднять руки, остальные поспешили уничтожить партийные документы и бумаги. Однако, уничтожили не все: полиции удалось захватить один экземпляр резолюции конференции, а также печать Омского комитета РСДРП и несколько прокламаций.
Арестованных заставили с поднятыми руками выйти из квартиры. По выходе их немедленно оцепил большой отряд казаков и повел в полицейский участок. Арестовано было тридцать восемь человек. Всех их поместили в маленькой комнатушке, так что они не могли не только лечь, но даже сесть. К тому же было нестерпимо душно.
— Выбить стекла! — предложил кто-то.
Куйбышев, находившийся ближе всех к окну, вышиб стекло. Холодный воздух освежил заключенных. Дышать стало легче.
— Петь! Петь! — послышалось в камере.
Чистое звучное контральто запело в ответ:
«Сижу за решеткой в темнице сырой…»
«Вскормленный на воле орел молодой», — подхватило несколько голосов.