Приехали в Иркутск. Снова пересыльная тюрьма. Когда Куйбышев и другие ссыльные вошли в камеру, то первым долгом бросились к окну, чтобы поглядеть, куда оно выходит: на дорогу или на тюремный двор.
Вдруг они услышали крики:
— Нельзя подходить к окну, стрелять будут!
Это старые заключенные предупреждали об опасности. Они рассказали, что были случаи, когда в арестантов, подходивших к окну, стреляли.
Ни петь, ни читать в тюрьме не разрешалось. Кормили очень скверно. Часто давали щи, в которых плавали черви.
Настал день отправки к месту ссылки. Была осень 1915 года. Дорогу размыло, всюду грязь. Ветер колючий, холодный. Итти надо было около 40 километров пешком.
Ссыльных выстроили по четыре в ряд. Вокруг — конвой. Двинулись. Итти было тяжело. А отставать нельзя — солдаты били прикладами…
Куйбышев шел, поддерживая под локоть ослабевшего соседа.
Усталые, замерзшие, грязные, они пришли, наконец, на первую станцию тракта. Всех ссыльных загнали в маленькую темную камеру. Кто лег на нары, а кто просто на пол. Уснули, как убитые.
Дальше ехали на лошадях вплоть до села Тутуры — места ссылки.