Куйбышев считал необходимым привлечь на сторону советской власти старых специалистов и, в частности, военных работников. Когда некоторые из близких ему товарищей выражали сомнение в способности офицеров — выходцев из враждебных классов — стать честными командирами рабоче-крестьянской армии, Валериан Владимирович убежденно заявлял:
— Во-первых, у нас есть институт комиссаров. Являясь представителями партии, комиссары будут зорко наблюдать за командирами. Во-вторых, надо офицеров заставить служить нам. А заставить — это значит умело подойти к человеку, дать ему возможность осознать необходимость его работы на службу революции, воздействовать на его мировоззрение, перевоспитать его.
И, подавая пример другим, Куйбышев часто вступал в беседу с бывшими офицерами, разъяснял им события, политически просвещал их. Многим помог он изменить свои убеждения, из многих он сделал честных командиров, преданных советской власти, самоотверженно, героически сражавшихся с белогвардейцами и интервентами, уверовавших в могучую, непобедимую мощь освобожденного народа.
Однажды начальник штаба армии Н. И. Корицкий, докладывая о тяжелом положении на фронте, особенно сетовал на то, что между красноармейскими частями иногда нет связи.
— Это, конечно, плохо, — согласился Валериан Владимирович. — Без связи трудно управлять войсками. Но вы напрасно думаете, что между нашими частями нет никакой связи, что они действуют вслепую, разрозненно. Да, действительно часто нет ни телеграфа, ни телефона. Но зато наших советских бойцов накрепко связывает единство воли, их объединяет общая цель, ими руководят коммунисты. А коммунистами управляет единый центр — партия. Вот почему, даже утратив телеграфную связь между собой и штабом, наши части нередко одерживают победу над врагом…
Куйбышев знал, что фронт только тогда крепок, когда надежен его тыл, армия только тогда сильна и непобедима, когда она чувствует поддержку населения. Поэтому Куйбышев строго следил за тем, чтобы население, в частности крестьянство, не было обижено, чтобы оно чувствовало кровную связь со своей родной армией.
Однажды к Валериану Владимировичу, находившемуся в штабной столовой, подошла крестьянка из соседнего поселка.
— Родимый, — сказала она, — как звать-то тебя, не знаю. Ваши намеднись ведро у меня взяли, так я насчет ведра…
— Какое ведро? — резко спросил кто-то из присутствовавших командиров.
Но Валериан Владимирович строго, с укором посмотрел на командира, а сам внимательно, терпеливо выслушал крестьянку.