Возвратившись в Ташкент, Куйбышев приказал:
— Надо всех способных, но малоопытных колхозных счетоводов собрать по районам и провести с ними совещание, инструктаж!..
1 декабря 1934 года до Куйбышева дошла потрясающая весть: погиб Сергей Миронович Киров. Глубоко огорченный, Валериан Владимирович, вспоминая своего погибшего друга, стал писать некролог о нем. Через день в ташкентской газете появилась статья Куйбышева, проникнутая сердечной скорбью о тяжелой утрате и жгучей ненавистью к презренным убийцам.
В Ташкенте Валериан Владимирович заболел ангиной в тяжелой форме, с нарывом в горле. Пришлось сделать операцию. Температура спала, но появилась изнуряющая слабость.
Совсем больной, крайне переутомленный Куйбышев вернулся в Москву. Родные, встречавшие его на вокзале, были очень встревожены болезненным видом Валериана Владимировича. Но он их успокаивал:
— Что вы, что вы!.. Я всегда был такой. Просто устал, немного болел. Вот отдохну — все как рукой снимет…
И как бы желая отвлечь внимание родных, он начал делиться впечатлениями о поездке в Среднюю Азию.
— Представьте себе, — рассказывал он восторженно, — там, где была песчаная, знойная пустыня, теперь цветущие поля. Там, где мы когда-то, преследуя басмачей, испытывали муки жажды, теперь журчит вода. Ее сколько угодно: пей себе на здоровье! Просто не верится, что за такое короткое время так переменился край!
Но эта восторженность гасла, жизнерадостность слабела, как только Куйбышев оставался наедине. В его широко открытых глазах все чаще появлялось выражение мучительной боли: приступы грудной жабы причиняли страдания.
И вот наступил роковой день — 25 января 1935 года.