Еще в начале учебного года петербургский градоначальник Трепов, докладывая царю о студенческих «беспорядках», опасался, что скоро «под давлением революционеров, хозяйничающих в учебных заведениях, беспорядки из стен университета перейдут на улицу».
Опасения царского охранника оправдались. Уже в сентябре 1905 года студенты Военно-медицинской академии вышли на простор петербургских площадей и слились с мощным стачечным движением пролетариата. Широким, неудержимым потоком разлились демонстранты и стачечники по улицам столицы, наполняя их небывало смелыми, дерзкими речами. Запрещенные песни, распевавшиеся прежде лишь тайком, вполголоса, теперь звучали повсюду, призывая к борьбе против царизма. Открыто и победно развевались красные знамена. Одна за другой затухали заводские печи. Одна за другой прекращали работу фабрики. Рабочие руки властно раскрывали фабричные и заводские ворота, новые людские массы со знаменами и песнями вливались в общий поток.
Вместе с рабочими и студентами шагал семнадцатилетний юноша с пышными прядями волос, выбивавшимися из-под студенческой фуражки, с лучистыми глазами, полными кипучей радости и неукротимого дерзания.
С каждым днем революционное движение усиливалось и распространялось по всей стране. Все чаще вспыхивали стачки.
По утрам в бессилии выли фабрично-заводские гудки, тщетно призывая людей на работу. На заборах беспомощно трепыхались приказы царских властей, которым уже никто не повиновался. Ширились крестьянские волнения. Во многих губерниях крестьяне поджигали помещичьи усадьбы. Происходили революционные выступления в армии и флоте.
В начале октября забастовали железнодорожники на Московско-Казанской дороге. Вскоре забастовка охватила все железные дороги в стране. К забастовавшим железнодорожникам присоединились рабочие фабрик и заводов, а также учащиеся, мелкие служащие, интеллигенция. Началась всероссийская политическая стачка. Рабочий класс под руководством большевиков возглавил борьбу народных масс против самодержавия.
Царские охранники тщетно пытались потушить всероссийский костер революции, ружейными залпами заглушить свободолюбивые песни и речи рабочих, стальными клинками шашек выбить топоры из крестьянских рук. Но уже не хватало для этого ни ружейных патронов, ни полицейских шашек. И вот в середине октября 1905 года царизм почувствовал большую опасность. Всероссийская политическая стачка приостановила всю жизнь в империи, подорвала в корне царскую власть.
В смертельном страхе перед восставшим народом 17 октября царь издал манифест о гражданских свободах — о свободе совести, слова, собраний и союзов, о неприкосновенности личности. Но это было лишь обманом народных масс. Царский манифест был хитрой уловкой, попыткой усыпить и приглушить революционное сознание рабочих и крестьян.
Обман обнаружился скоро. Уже на второй день после опубликования манифеста казаки в Петербурге стреляли в рабочих Путиловского завода, карательные отряды полковника Мина расстреливали собравшихся на Гороховой улице, а отряды другого карателя — полковника Римана — обстреляли студентов. Так за дарованную царем «свободу собраний» народ заплатил своею кровью.
В эти бурные октябрьские дни в Петербурге рабочие решили создать свою массовую политическую организацию. 13 октября 1905 года они по всем районам собирались для выборов в Совет рабочих депутатов. Уполномоченные от забастовавших фабрик и заводов Выборгской стороны сошлись в Военно-медицинской академии — одном из излюбленных мест митингов питерских рабочих.