После допроса обвиняемых начался допрос свидетелей. Первым допрашивался исправник, руководивший арестом и обыском. Он бойко, молодцевато, по-военному отвечал на вопросы председателя.
Но вот со скамьи подсудимых поднялся Попов и спросил «свидетеля»:
— Скажите, господин исправник, на каком основании вы нас арестовали, тогда как мы находились в черте города и, следовательно, были подвластны или жандармским властям, или полицмейстеру города?
Исправник не захотел отвечать на дерзкий вопрос подсудимого.
Вдруг неожиданно не только для исправника, но и для подсудимых председатель суда строго потребовал:
— Нет уж, будьте добры ответить подсудимому.
Исправник смутился и стал, запинаясь, лепетать:
— Знаете ли, мы с Иваном Ивановичем, с полицмейстером, большие приятели. Иной раз он помогает мне, а иногда я оказываю ему услуги.
На скамьях подсудимых весело смеются. И уж по всему залу прокатился хохот, когда председатель суда ворчливо, иронически заметил:
— Ну, знаете, дружба дружбой, а служба службой…