Но жандармы хотели во что бы то ни стало предать Куйбышева суду и поэтому решили возобновить дело о посылке с нелегальной литературой.
В это время семья Куйбышевых жила в Томске, куда она переехала после смерти Владимира Яковлевича. Начались усиленные хлопоты родных Валериана Владимировича об его освобождении, но безуспешно. Родные часто навещали его в тюрьме, не пропускали ни одного дня свидания. Через них-то Валериан Владимирович держал связь с партийной организацией.
Однажды к Елене, сестре Куйбышева, собравшейся к нему в тюрьму на свидание, зашла его приятельница Анна и во время беседы, между прочим, попросила:
— Ты передай Валериану, что я уже напекла блины и вышли они замечательные. Ни одного подгорелого!
Сестра удивилась этой странной просьбе и про себя подумала: «Такая серьезная девушка, революционерка, а занимается такими пустяками да еще просит сообщить об этом Валериану. Нет, не скажу брату».
Анна же, проводив ее почти до самой тюрьмы и прощаясь, еще раз напомнила:
— Только не забудь, обязательно скажи, что ни одного блина не испортила.
Тут только догадалась сестра, что история с блинами — это условный шифр брата и его соучастницы по большевистскому подполью.
Во время свидания с Куйбышевым, вспоминая общих знакомых, сестра вскользь сказала ему:
— Знаешь, Анна вчера пекла блины.