Игнат сердито прикрикнул на молодого послушника:
-- Ну?.. Говори!.. Проглотил язык-то? -- Он кивнул на Степана: -- При этом можно...
Паренек еще раз опасливо взглянул на Степана, перевел взгляд на Игната и, скаля мелкие зубы, смущенно сказал:
-- За богомолками велели тебе идти...
Игнат неторопливо взял чашку и кивнул Степану:
-- Бери, Степан... Пей...
Степан медлил, сбитый с толку словами молодого послушника.
А Игнат понукал его:
-- Ну!.. Ты что, осовел? Или, как здесь говорят, осалычился?
-- Постойте... брат! -- с трудом выговорил Степан, глядя на монахов остановившимися от изумления глазами. -- Постойте... Как же это так?.. Архирей, губернатор, игумен... или как его там... и бабы!.. Врете вы, братцы!