-- Снять надо шапку-то, Степан... и лоб надо перекрестить... Не в кабак пришел!..
Степан насмешливо посмотрел на старца и так же насмешливо ответил ему:
-- Некогда, Сидор Ефимыч... Дома помолимся... А кабаки-то всякие бывают... Другая обитель святая хуже всякого кабака!
Старец поднялся с лавки и выпрямился во весь рост, готовый начать суровую проповедь.
Но Степан взял за рукав перепуганную жену и решительно сказал:
-- Пойдем, Настя! Нечего тебе тут делать...
Проворно вышел вместе с ней из кельи.
На кухне сидел деревенский скупщик, мужик русобородый и красноносый, в сером армяке сибирском, черной каймой отороченном, в высоких и набористых сапогах; сидел и посматривал в окно, расчесывая гребешком бороду и волосы на голове, густой скобкой висевшие над воротником армяка. Родом скупщик был из далекого Урмала, а на Алтай ездил со всяким городским товаром, который всю зиму продавал и менял на холсты, пушнину и мед.
Вошел Степан в кухню и, указывая рукой на скупщика, весело заговорил, обращаясь к жене:
-- Послушай-ка, Настенька, что человек рассказывает!.. Вот где правильные-то люди живут... Вот куда надо было нам податься!..