-- А старец этот... и министр?
-- А эти продались немцу. Понял?
-- Понятно, -- хмуро проговорил Андрейка, вертя в руках папаху. -- Видать, сволочи все они...
Окончательно осмелевший Афоня вновь сорвался с лавки и, топчась на месте, прихрамывая на правую ногу, повертывался то в одну сторону, то в другую и взволнованно говорил:
-- А я так располагаю, братаны: рано ли, поздно ли, а придется нам раскачиваться! Вот помяните мое слово: придется!
-- Кому это -- нам? -- насмешливо спросил его кузнец.
-- Кому?.. Вестимо, нам, мужикам...
-- А против кого раскачиваться-то? -- подзадоривал кузнец пастуха.
Разошедшийся Афоня шумел:
-- Против войны!.. А может быть, и против самого царя!.. Да, да, мать честна!.. А что ты думаешь?.. Нужда до всего может довести...