-- Спасибо, паря! И тебе помоги господь...
Проезжавший верхом на коне Панфил окрикнул его:
-- Здорово, Афоня!.. Хозяйство гоношишь?
-- А как же, -- отвечал пастух, отрываясь от работы, и кричал вслед Панфилу: -- Хозяйство вести, не лапти плести!.. Вон оно какое, хозяйство-то мое...
-- Ну-ну, -- еще раз крикнул Панфил, оборачиваясь, -- орудуй! Гоноши...
Проходивший мимо Теркин поздоровался:
-- Здравствуй, Афоня! -- и, окинув взглядом кособокую избушку пастуха и его двор, спросил: -- Что это ты... огораживаться задумал?
Афоня разогнул спину, также оглядел свой двор и избу и, почесывая в затылке, ответил:
-- Приходится огораживаться... Видишь: хоромина-то моя, почитай, одним небом покрыта да со всех четырех сторон ветром огорожена... За зиму все прижгли...
Теркин рассмеялся и, кивнув в сторону усадьбы богатея Клешнина, сказал: