Глотая слезы, Параська пряталась от людей.
Несмотря на тягость Параськину, Олена ярилась над нею чуть не каждый день. Била кулаками и злобно приговаривала:
-- Вот тебе... вот... вот... потаскуха ты подлая!.. Лихоманка!.. Стерве!.. Вот тебе, вот!..
Уберегаясь от ударов, Параська загораживала руками лицо и живот. Пылала малиновыми щеками. Глотала подступавшие к горлу слезы. Но молчала. Знала, что надо молчать. Надо все перенести.
Часто Афоня, не вытерпев, кидался с кулаками на жену:
-- Ты что, сдурела, мать честна!.. Перестань, подлюга! Самое убью... Перестань!..
Толчками отбивал Олену от Параськи.
Олена бросалась в куть и громко выла.
Параська молчала.
По-прежнему ловила она Павлушку на гумнах и за углами. Изливала перед ним свое горе, допрашивала: