Сеня Семиколенный злобно крикнул:
-- А ежели у меня нет его... хлеба-то?
Вслед за ним прогудел хриповатый голос Афони:
-- Скоро сами с голоду передохнем!
Вслед за Афоней вразноголосицу закричали другие мужики:
-- Какой у нас хлеб?
-- Давно ли пятьсот пудов забрали!
-- Уморить, что ли, хотите?
-- А тыщу пудов брали... куда девали?
-- Сами голодаем!