-- Образовались ребята в партизанах...
-- Куда там!.. Даже Афоня по-городскому кричит...
-- Да, братаны... все через город, через рабочего получается...
-- Знамо, через рабочего... А то как же... Темнота наша...
Бабы отдельной кучкой жались поближе к дворам и тоже судачили:
-- Совсем другое обхождение-то, девонька...
-- И не говори, Лукерьюшка... Даже от нас, от баб, Маланью за стол посадили.
Бабка Настасья шла среди баб и повторяла:
-- Говорила я вам, бабоньки, а? Говорила?!
А в толпе кержаков скупщик Клешнин ехидничал: