А отряд красных сгрудился ненадолго на том самом месте, где только что стояли телеги с отстреливавшимися мятежниками и где лежала, истекая кровью, раненная в голову серая лошадь с обрезанными постромками.
И лишь только умолкли выстрелы вокруг деревни, точно из-под земли полезли и побежали со всех сторон к горящим избам попрятавшиеся от белобандитов белокудринские мужики и парни, сторонники Советов. Они выползали из ометов старой соломы, бежали из леса, вылезали из камышей, окружавших болотце за мельницей, спешили из-за реки: одни кидались к лодкам, угнанным во время бегства за реку, другие бросались прямо в одежде в воду и, переплыв речку, бежали к горящим домам и к своим избам.
Деревня быстро оживала. Из дворов выбегали старики, старухи, бабы, девки и ребятишки.
Бабы кидались к валявшимся трупам убитых мужиков, падали к ним с истошными воплями.
Мужики бежали с ведрами к горящим домам. Старики тащили багры, топоры и лопаты. По всей улице раздавались крики:
-- Воды давайте! Воды!
-- Выгоняйте скотину из дворов!
-- Водовозки выкатывайте!
-- Выгребайте хлеб из амбаров!
-- Воды!