Вдругъ она когда-нибудь бросится на него, когда онъ меньше всего этого ожидаетъ!
Но всегда бывало такъ, какъ будто она совсѣмъ не видѣла его. Она пробѣгала мимо, почти натыкаясь на него, но не оборачивалась въ его сторону. И въ рукѣ у нея уже былъ ножъ. Она хохотала, какъ дитя, и бѣгала взадъ и впередъ. Подбрасывала ножъ высоко въ воздухъ и, играя, ловила его голой рукой. И все время лицо ея было обращено кверху и горѣло какой-то безумной радостью. Потомъ вдругъ схватывала ножъ и убѣгала въ лѣсъ.
Тогда Іиско приходилъ въ себя и бѣжалъ за нею. Онъ не могъ бѣжать такъ быстро, но слышалъ ея смѣхъ и зналъ, куда она побѣжала. И когда онъ, наконецъ, нагонялъ ее, она стояла у дерева -- нарочно она останавливалась или случайно, онъ не зналъ. Она больше не смѣялась. А всхлипывала и кричала, и кромсала ножомъ кору дерева, сколько могла достать рукой. И вдругъ -- сразу падала на колѣни -- обхватывала дерево руками -- и рыдала такъ, что все тѣло ея вздрагивало.
Іиско такъ радъ былъ бы подойти къ ней -- сейчасъ же, если-бъ могъ. Но у него уже не было силъ. Онъ долженъ былъ опереться о дерево и такъ стоялъ и смотрѣлъ на нее.
Сперва -- когда это только начиналось съ ней -- ему хотѣлось броситься на нее, отнять ножъ и взять ее силой.
Всякій разъ -- а это случалось часто -- его тянуло -- взять ее -- именно тогда.
Въ движеніяхъ ея, въ самой ея дикости былъ соблазнъ, манившій его. Но онъ не могъ. Онъ подходилъ къ ней всего на два шага -- согнувшись, словно для прыжка, съ готовыми схватить руками. Если она тогда пробѣгала мимо него, онъ отстранялся, и она была уже далеко прежде, чѣмъ онъ успѣвалъ броситься за еею.
Одинъ разъ, найдя ее на колѣняхъ возлѣ дерева, онъ собрался съ силами и подошелъ поднять ее. Тогда она была словно не живая. Совсѣмъ блѣдная, съ закрытыми глазами. И, когда онъ поднялъ ее, она показалась ему страшно тяжелой.
Тогда онъ сейчасъ-же подумалъ, что она больна, и отнесъ ее въ домъ. Она не произнесла ни слова, но на утро встала раньше него и словно ничего не помнила о томъ, что было вчера.
Іиско все думалъ, что она больна, до тѣхъ поръ, пока, однажды, съ ней не случилось того же при двухъ его работникахъ. Когда она побѣжала, одинъ изъ нихъ крикнулъ, что въ нее вселился нечистый духъ.