На Косовское идти съ нимъ поле.
Горькой банъ одинъ-однимъ остался,
И одинъ пускается въ дорогу,
ѣдетъ прямо Крушевецкимъ полемъ,
И когда полъ-поля переѣхалъ,
На городъ еще онъ оглянулся:
Что не ѣдутъ ли шурья позади?
Что не жалко ли его имъ стало?
Но никто позадь его не ѣхалъ.
Тутъ увидѣлъ банъ, что ни откуда