В Путе к скважине № 125 не построили своевременно дороги. Зимою вокруг скважины образовалось целое озеро, работы прекратились, и все оборудование (станок, вышка, насос и прочее) бездействует. На скважине № 60, там же, в Путе, два месяца стоит без дела бурильный станок. Станок на скважине № 69 стоит «из-за отсутствия рабочих» с августа прошлого года.
По отзывам работников Азнефти, с которыми мне пришлось беседовать, паспортизация скважин и оборудования с точки зрения правильной эксплоатации имеет громадное значение. Между тем, несмотря на продолжительные об этом разговоры, паспортизация фактически до сих пор отсутствует, что мешает внедрить планово-предупредительный ремонт, ведущий к уменьшению простоев и улучшению состояния механической добычи и самого оборудования. Пора, товарищи, наконец, реализовать разговоры о паспортизации, пора ликвидировать обезличку оборудования, ликвидировать ссылки на «об'ективные» причины, мешающие, якобы, выполнению плана.
Вот что показывает о недостатках освоения глубокого бурения зам. главного инженера отдела бурения промыслового управления Азнефти Поляков, ныне арестованный, как вредитель:
«Из 60 скважин, начатых за последние три года, закончено всего 17, из коих 6 на непроектной глубине. Ликвидировано и временно приостановлено 14 и к началу 1933 г. оставалось 29 скважин, числящихся в бурении. Фактически же их было только 19, так как остальные десять находились в тяжелых авариях. Что является, главным образом, причиной неосвоения глубокого бурения? 1) слабый технический надзор; 2) слабая квалификация как административно-технического персонала, так и низовых работников; 3) неправильная расстановка сил; 4) недооценка автоматического бурения и строгого надзора за кривизной скважин; 5) небрежное отношение к качеству глинистого раствора; 6) невнимательное отношение к имеющимся в ограниченном количестве автоматам и дриллометрам; 7) невнедренность фасонных долотьев».
Как видите, здесь нет ссылок на об'ективные причины, здесь все зависит от нас самих, от нашего желания к умения работать. Но мы имеем неполадки не только в глубоком бурении — деле для нас новом, — но и в самом обыкновенном бурении, которым мы занимаемся десятки лет.
Например, в Локбатане из 17 скважин 14 искривлены сверх нормы. Норма кривизны определена в 1 градус на 100 метров.
Между тем, буровая № 118 на глубине в 385 метров дала искривление в 7 градусов 28 минут, буровая № 72 на 220 метров показала искривление в 3 градуса 16 минут; буровая № 130 на 500 метров оказалась искривленной на 15 градусов 18 минут, т. е. больше, чем в три раза против нормы; буровая № 124 на 330 метров дала искривление в 9½ градусов. Та же скважина № 124, после 3-месячного исправления на 816 метров, показала кривизну только в 0 градусов 57 мин.
В чем причины такого безобразного искривления на одном из самых ответственных участков работы Азнефти — в Локбатане, куда направляется самое лучшее оборудование? Причины опять-таки кроются в нас самих, в людях, которые на этом участке работают. Регулирующий аппарат Шахназарова, предохраняющий от кривизны, несмотря на наличие его на буровых, или вовсе не применялся, или применялся безграмотно, в погоне за метражем проходки совершенно не следили за качеством работы, сверх меры нажимая на долото. Редко замеряли кривизну, так как процесс измерения через каждые 100 метров отнимал от 4 до 6 часов. Аппарат Шахназарова намеренно выключался из работы в погоне за метражем как зав. участком, так и его подчиненными.
Искривления скважины в Локбатане продолжаются и сейчас, хотя, казалось бы, следовало учесть опыт прошлого. Так, в марте сверх нормы искривлены скважины за №№ 21, 22 и 26, потому что в них вовсе не применялся аппарат Шахназарова, а технический надзор был слаб.
Допустима ли такая работа сейчас, после того, как январский пленум ЦК и ЦКК так остро поставил вопросы повышения качества работ?