— Значит, если кто-то докажет, что пари и вправду имело место, то Ваша версия окажется несостоятельной, это так?
— А разве, — заметно встревожился Роджер, у вас есть оказательство в пользу того, что пари было все-таки заключено?
— Ни боже мои… — смутился мистер Читтервик. — Ничего подобного. Мне вдруг пришло в голову, что если бы кому-то понадобилось оспаривать вашу версию, как предложил нам Брэдли, то ему следовало бы начать с пари.
— Вы имеете в виду нашу пикировку по поводу обеда с кем-то вне дома и тому подобные пустяки? — добродушно осведомился мистер Брэдли. — Все это так, конечно, но в данном случае я, как говорится, испытывал версию на прочность и вовсе не пытался ее опровергнуть. Почему? Да потому, что я считаю, что версия Шерингэма верна. Мое мнение — тайна отравленных шоколадок раскрыта до конца.
— Благодарю вас, Брэдли, — сказал мистер Шерингэм.
— Трижды ура нашему президенту-сыщику! — вдохновенно воскликнул мистер Брэдли. — Слава его навсегда теперь связана с именем Грэхема Рейнарда Бендикса. Недурная охота получилась у нас! Гип-гип-ура!
— И вы полагаете, мистер Шерингэм, что окончательно доказали, что Бендикс купил пишущую машинку и листал альбом образцов в типографии Вэбстера? — У мисс Дэммерс мысль работала совсем в ином направлении, чем у мистера Брэдли.
— Да, полагаю, мисс Дэммерс. — В голосе Роджера сквозила гордость.
— Как называется тот магазин подержанных пишущих машинок?
— Пожалуйста, — Роджер вырвал из блокнота листок и написал название и адрес магазина.