— Вчера вечером я долго не ложился спать, допоздна размышляя над моими записями, пытаясь отгадать, где истина, а где обман. Не знаю, будет ли вам интересно выслушать мои соображения по этому поводу? — Мистер Читтервик искренне сомневался в себе.
Все дружно заверили мистера Читтервика, что будут несказанно ему благодарны, если он прояснит, где, в каких точках каждый из них неожиданно для себя наткнулся на истину.
Глава 18
Мистер Читтервик углубился в свои бумажки. Казалось, он собою недоволен.
— Сэр Чарльз, — начал он. — Э-э-э… Сэр Чарльз.
Со всем тщанием старался он отыскать хоть что-то, в чем сэр Чарльз хоть на вершок приблизился к истине, — добрая душа, он так не хотел обижать сэра Чарльза. И вдруг лицо его просияло:
— Ну вот, пожалуйста. Сэр Чарльз был первый, кто на бланке фирмы под текстом фальшивого письма обнаружил следы стертого ластиком первоначального текста, бесценный факт… весьма полезный для нас. И еще: он был совершенно прав, когда сказал, что побудительным мотивом во всей этой трагедии был надвигающийся развод сэра Юстаса. Хотя, к сожалению, — вынужден был добавить мистер Читтервик, — вывод, который он сделал из этого факта, неверный. Он правильно говорил, что преступник, замысливший столь хитроумный план, должен обязательно обеспечить неопровержимое алиби, и что такое алиби есть, и потребуется немало сил и умения, чтобы его опровергнуть. Но он имел в виду леди Пеннфазер, а это была не она. Миссис Филдер-Флемминг, — продолжал мистер Читтервик, — совершенно была права, настаивая, что убийство было дело рук человека, сведущего в криминалистике. Это очень веское соображение, и я счастлив, — опять физиономия мистера Читтервика просияла, — заверить ее, что она абсолютно права. Миссис Филдер-Флемминг высказала еще одну весьма важную мысль, важную и для понимания всей трагедии, и для собственной ее версии, а именно, что сэр Юстас вовсе не был влюблен в мисс Уайлдмен, но собирался жениться на ней ради денег. Будь это не так, — мистер Читтервик скорбно покачал головой, — я очень и очень боюсь, что вместо миссис Бендикс жертвой могла бы оказаться мисс Уайлдмен.
— Боже правый! — вырвалось у сэра Чарльза, и то, что сэр Чарльз так воспринял эту обрушившуюся на него новость, не сомневаясь и не оспаривая ее, было знаком особого доверия королевского адвоката к мистеру Читтервику.
— Вот вам и все решение, — шепнул мистер Брэдли миссис Филдер-Флемминг. — Все-таки брошенная любовница.
Мистер Читтервик повернулся к нему: