— Вы считаете, что бланк был выкран с намерением использовать его так, как он был использован? — спросила Алисия Дэммерс.
— Именно так, мадам. Но что-то задержало убийцу на полгода, или он выжидал.
Что касается пакета, в котором коробка была доставлена, то тут мистер Мейсон ничего не мог прояснить. Пакет был из обыкновенной тонкой коричневой бумаги, какую можно купить в любом магазине; на лицевой стороне пакета большими печатными буквами аккуратно были выведены имя и фамилия сэра Юстаса и его адрес. Из этого ровно ничего полезного для следствия извлечь было нельзя. На почтовой марке значилось, что пакет был отправлен из почтового отделения на Саутгэмптон-стрит, в Стрэнде, в девять тридцать вечера.
— Почту вынимают из ящика в восемь тридцать и затем в девять тридцать, — объяснил Морсби. — Следователь но, пакет был опущен в этот промежуток времени. По размеру он был невелик и вполне пролезал в щель для писем. Стоимость марки соответствует роду корреспонденции. Почта в это время уже была закрыта, поэтому через служащего почты, принимающего письма, пакет не мог быть отправлен. Пожалуйста, можете на него взглянуть, если вам интересно.
Пакет из коричневой бумаги пошел по рукам вслед за письмом.
— Вы не захватили с собой коробочку с уцелевшими шоколадками? — спросила миссис Филдер-Флемминг.
— Нет, мадам. Коробка была самая обыкновенная, мейсоновская, а шоколадки все до одной пошли на экспертизу.
— Ах, как жаль! — огорчилась миссис Филдер-Флемминг. — Я подумала, на них могли остаться отпечатки пальцев.
— Мы уже собрали отпечатки пальцев, — не дрогнул Морсби.
Пока все с мрачным видом разглядывали пакет, в комнате царило молчание.