— Не должен был стать жертвой? — спросил Роджер к крайнем смятении. — А как вы это установили?
— Просто я узнал, — скромно поведал мистер Брэдли, — что у сэра Юстаса было назначено свидание в тот день, когда произошло убийство. Он держал это в секрете. Ему предстояло обедать с одной дамой, и не просто с дамой, а с дамой, весьма для него привлекательной. Скорее всего, это была не мисс Уайлдмен, а другая, и причем сэру Юстасу очень не хотелось, чтобы о ней стало известно мисс Уайлдмен. Но полагаю, что та, что послала ему шоколадки, знала об этой даме. Свидание так и не состоялось, но что свидание отменили — об этом она не знала. Мое предположение (заметьте — предположение, поскольку я не могу подкрепить его достаточно убедительными доказательствами, лишь исхожу из того, что тут выдвигаются на первый план в качестве улики отравленные шоколадки), — словом, мое предположение состоит в том, что шоколадки предназначались совсем не сэру Юстасу, а сопернице той женщины, которая их послала.
— Ах! — Миссис Филдер-Флемминг была совершенно потрясена.
— Это что-то новенькое, — проговорил подавленный сэр Чарльз.
Роджер лихорадочно перебирал в уме имена всех дам сэра Юстаса, о которых он знал, пытаясь представить, кто из этого цветника мог оказаться убийцей. Одну даму он подозревал раньше, но она не очень годилась для роли убийцы, да и сейчас он был в сомнении. Список, казалось, исчерпан.
— Видите ли, Брэдли, если дама, о которой вы говорите, то есть та, что послала шоколадки, действительно была возлюбленной сэра Юстаса, то тут церемониться не стоит, — сказал Роджер. — Наверняка ее имя в связи с этой историей отлично известно в «Радуге», а возможно, и во всех прочих лондонских клубах. Сэра Юстаса скрытным не назовешь.
— Уверяю вас, мистер Брэдли, — усмехнулась мисс Дэммерс, — что представления сэра Юстаса о чести значительно расходятся с тем, к чему его обязывает титул.
— Не думаю, — твердо произнес мистер Брэдли, — что это справедливо и для данного случая.
— То есть?
— Уверен, что только тот, кто послужил источником этой новости (не подозревая, что он таковым является), сэр Юстас и я — и никто больше об их отношениях не знает. Ну и разумеется, сама эта дама, — прибавил мистер Брэдли несколько церемонно, — поскольку она является действующим лицом.