— Товарищ Мошковский, а мне можно прыгнуть?
Он начал отшучиваться. В этот день он только покатал меня на самолете.
* * *
Полет не произвел на меня никакого впечатления. Я ожидала чего-то необычайного, а оказалось все так просто, даже буднично. Разбежались, полетели. Только не по земле катаемся, а по воздуху. Посмотрела вниз, там домики, поля — положительно ничего захватывающего!
Мне представилось, как я прыгну.
Вот вылезу на крыло… Ничего страшного: земля далеко и какая-то ненастоящая.
С тех пор я стала ежедневно ездить на аэродром. Это был конец июля. Там каждый день проводились занятия — занимались курсанты высшей парашютной школы. Они делали по 10 прыжков и становились инструкторами парашютного спорта. Начальником этой школы был Мошковский.
Ходила я, ходила за Мошковским, пока он наконец не убедился, что я действительно хочу прыгать.
Он меня просто проверял, выдерживал. Тогда еще прыжки казались рискованными, особенно для девушек.
Наконец Мошковский мне говорит: