Все поймут мое счастье и гордость, когда через день в газете появился снимок, изображающий момент, когда товарищ Сталин, вождь народов, здоровается с парашютисткой Любой Берлин.
* * *
Люба Берлин на старте перед последним прыжком, окончившимся катастрофой.
Основной моей специальностью сейчас стали затяжные прыжки. Летом этого года мы вместе с Тамарой Ивановой тренировались все время по затяжным прыжкам.
Главное в затяжном прыжке — это уметь стабилизировать тело так, чтобы не попасть в штопор. Долгое пребывание в штопоре грозит потерей сознания, а кроме того во время штопора ничего не видишь и, следовательно, ориентировки, которая требуется, — нет.
Для того чтобы выйти из штопора, нужно делать резкие движения в обратную сторону вращения и затем выбрасывать руки и ноги. Таким образом вращение прекращается и переходишь на другой режим падения.
У меня выработалась своя система выхода из штопора. Обычно, когда я отрываюсь от самолета, то падаю совершенно вытянувшись, ноги вместе и руки по швам. Секунд через 8–9 неизменно вводит в штопор. Тогда я быстро сжимаюсь в комок и поджимаю, насколько можно, ноги. При движении чувствуешь, конечно, очень сильное сопротивление. Пролетаю так некоторое время, причем, как только сожмешься в комок, переходишь в быстрое сальто. Потом резко выбрасываешь руки и ноги, и сейчас же вращение прекращается. Но, конечно, все время в одном положении не продержишься, и при большой затяжке через некоторое время можешь опять попасть в штопор. Тогда снова повторяешь тот же маневр.
Второй момент при затяжном прыжке — это ориентировка. При небольшой затяжке можно ориентироваться по счету, т. е. на земле выработать для себя определенный ритм счета, равный секунде. Но это не для всех удобно. Некоторые для того, чтобы пролететь 10 секунд, считают до 20. Тренируешься с секундомером на земле, ритм отсчета настолько врезается в сознание, что во время падения продолжаешь считать уже по инерции.
Затем можно прыгать по зрительному восприятию земли, т. е. при взлете запомнить, какой вид имеет земля на расстоянии, скажем, 400–500 метров, т. е. на той высоте, где ты думаешь открыть парашют. И как только, падая, увидишь, что достигла 400–500 метров, — открываешь парашют.