Таковы были самые древние деньги и у других европейских народов.
У римлян само слово "деньги" произошло от слова "скот", потому что быки были у них самым важным денежным знаком. И когда они стали чеканить монеты из металла, то изображали на них быка, которым привыкли определять цену вещи.
Старинная римская монета из бронзы.
С тех пор, как дикари начали заниматься торговлею, она стала вносить в их жизнь много перемен. Частые мирные сношения с иноплеменниками смягчали прежнюю жестокость нравов и закрепляли дружеские связи между враждовавшими некогда племенами. В отдельных странах стала развиваться промышленность, так как изделия искусных горшечников, кузнецов и других мастеров, находили себе хороший сбыт на рынках.
Но вместе с такими добрыми началами торговля внесла в жизнь дикарей много злого. Она развила в диком человеке неизвестный ему прежде дух алчности, она сделала отдельных членов племени богатыми и дала им тем власть над бедными.
Особенно стали богатеть теперь вожди племени, которые взыскивали в свою пользу с заезжих купцов всякие поборы и вели с ними торговлю от имени всего племени. Такой вождь помогал, конечно, разбогатеть и своим приближенным; и там, где прежде было всеобщее равенство, где люди делили между собой поровну всякий достаток, -- появились теперь богачи и бедняки. Богач уже не относился с прежним великодушием к своему нуждающемуся соплеменнику и только и думал о том, как бы нажиться еще. Если он ссужал теперь чем-нибудь другого, то уж не даром: на иных тихоокеанских островах, где совсем неизвестно железо, начальники получали значительный доход, давая в долг своим одноплеменникам железные гвозди, вымененные у заезжих европейцев, и взыскивая с них за то высокую плату.
Страсть к наживе особенно охватила дикарей с тех пор, как к ним стали приходить европейские торговцы с их заманчивыми товарами. Великодушные индейцы, не знавшие прежде, что такое "мое" и "твое", и готовые всем поделиться со своим сородичем и гостем, стали алчны и корыстолюбивы с тех пор, как завели деятельные торговые сношения с европейцами. Один миссионер рассказывает: "Индеец ничего не сделает теперь даром, его первый вопрос всегда: "Что ты мне дашь, если я тебе сделаю это?" Богатые не пошевелят пальцем для того, чтобы помочь своим нищим одноплеменникам, хотя бы они даже умирали с голоду".
Так торговля, сблизив враждующие племена дикарей, разъединила дружно державшихся одноплеменников и сделала прежних братьев, все поровну деливших между собою, словно чужими друг другу людьми.