Такъ цехъ устанавливалъ во всей трудовой жизни ремесленика строгій порядокъ. Но цехъ былъ не только дѣловымъ союзомъ. Онъ соединялъ ремеслениковъ въ одно дружное братство, куда каждый несъ свою за. боту и печаль, и гдѣ онъ постоянно находилъ помощь и утѣху. Въ цеховомъ уставѣ говорилось, что членыцеха должны смотрѣть другъ на друга, какъ на братьевъ, жить въ любви и дружбѣ, строго избѣгать всякихъ ссоръ и оскорбленій. И ремесленики дружно держались вмѣстѣ, помогая своимъ больнымъ и впавшимъ въ бѣдность товарищамъ, стоя другъ подлѣ друга въ часы молитвъ и развлеченій, какъ въ дни испытаній и невзгодъ. Когда непріятель осаждалъ городъ и звонъ башенаго колокола призывалъ всѣхъ гражданъ къ оружію,-- тогда каждый цехъ составлялъ военный отрядъ и подъ предводительствомъ цеховыхъ старшинъ, мастера и подмастерья шли на бой. И тамъ, защищая родной городъ, ремесленики удивляли благородныхъ рыцарей своимъ безпримѣрнымъ мужествомъ и своей готовностью до послѣдней каплй крови постоять за дорогое имъ всѣмъ общее дѣло.
Такъ ковали городскіе люди свое счастье...
IV. Богатая жатва.
Новая жизнь,-- Новые нравы.-- Новые люди.-- Новыя пѣсни.
Кто не читалъ увлекательной сказки про Замарашку? Бѣдную Замарашку не любили ни мачеха, ни сестры; онѣ заставляли ее исполнять тяжелую непосильную работу, держали ее въ черномъ тѣлѣ, издѣвались надъ ней и обижали ее. И не было въ жизни беззащитной Замарашки никакой радости.
Но ее пожалѣла добрая фея-волшебница и превратила въ прекрасную принцессу. Никто не узналъ въ прекрасной принцессѣ прежнюю Замарашку, когда она явилась на пышный балъ принца. Всѣ разступались въ восхищеніи передъ ея красотой,-- даже старшія сестры ея, которыя прежде называли ее уродомъ, теперь съ завистью смотрѣли на нее. А у Замарашки было такъ весело и радостно на сердцѣ, что она забыла всѣ свои прежнія печали.
Такъ разсказываетъ сказка.
И исторія средневѣковыхъ городскихъ людей близко напоминаетъ эту сказку. Они тоже, какъ Замарашка, долгое время должны были исполнять подневольную, непосильную работу, они тоже терпѣли отъ рыцарей издѣвательства и обиды, имъ тоже мало было дано радости, въ жизни. Но прошли вѣка -- и счастье имъ улыбнулось. Благородные рыцари, прежде издѣвавшіеся надъ бѣдной и грубой жизнью горожанъ, теперь съ завистью смотрѣли на ихъ роскошныя жилища, на ихъ дорогія одежды, на ихъ тонкія яства и на всю ихъ жизнь, полную высокихъ удовольствій. Развѣ это не чудесное превращеніе, совсѣмъ какъ въ сказкѣ про Замарашку? Правда, доброй феи-волшебницы здѣсь не было: но развѣ отъ этого превращеніе дѣлается мѣнѣе чудеснымъ? И хотя оно совершилось не въ одинъ мигъ, какъ въ сказкѣ съ Замарашкой,-- а въ теченіе нѣсколькихъ столѣтій,-- но все же мы вправѣ назвать его "сказочнымъ". Ибо древняя старуха-Исторія ведетъ посвоему счетъ времени, и на ея часахъ одинъ вѣкъ все равно, что для скорой сказки-Волшебницы одинъ мигъ. Нѣсколько вѣковъ поэтому для Исторіи совсѣмъ небольшой срокъ. И когда люди успѣваютъ за такое время многое перемѣнить въ своей жизни,-- тогда строгая старуха-Исторія бываетъ очень довольна ими и говоритъ, что "это -- совсѣмъ какъ въ сказкѣ".
А средневѣковые люди въ три-четыре вѣка всю свою жизнь переустроили. Это-ли не подвигъ?
Мы вѣдь знаемъ, что еще въ одинадцатомъ столѣтіи жизнь этихъ людей была жалкой и неустроенной. Не только угнетенные простолюдины, но и сами рыцари жили тогда въ грязныхъ помѣщеніяхъ, среди убогой обстановки. Въ такомъ жилищѣ не было почти никакой мебели и утвари, скверно устроенныя печи наполняли его дымомъ, узкія окна, не имѣвшія еще стеколъ, давали мало свѣту, но за то свободно пропускали холодный вѣтеръ. И какъ эта обстановка, такъ вся жизнь людей того времени была груба и убога. Только еще въ монастырской кельѣ, за перепиской и изученіемъ книгъ, да за исполненіемъ разныхъ художественныхъ работъ люди находили высокія духовныя наслажденія; мірскіе люди не знали ихъ.