За нею вышла изъ коляски кормилица, съ которой не сходилъ бдительный взоръ молодой матери.
-- Теперь, г. мирный судья, и вы, господа, прибавилъ маркизъ, поклонившись мэру и пастору:-- можете совершенно располагать нами.
X.
Торжественный пріемъ.
-- Г. маркизъ, г-жа маркиза! началъ декламировать г. Бобилье, еще разъ поклонившись:-- какъ прекрасенъ этотъ день для всего, нашего края вообще и для меня въ-особенности! Какъ прекрасенъ день возвращенія въ жилище своихъ предковъ потомка славнаго и знаменитаго рода; день, давно-желанный и нетерпеливо-ожиданный; день, заря котораго преисполнила наши сердца радостно; день, воспоминаніе о которомъ сохранится въ нашей памяти долго... что я говорю? не долго, а вечно сохранится онъ въ сердцахъ нашихъ...
Тутъ старый чиновникъ остановился, отъ-того ли, что сильное волненіе прервало слова его, или отъ-того, что онъ чуть не задохся, безъ остановки и не переводя дыханіе проговоривъ вступленіе къ своей речи.
-- Много ли еще будетъ этихъ дней? сардонически спросилъ сяященникъ мэра
Но робкій администраторъ до того былъ занятъ двумя или тремя словами, которыя ему самому надобно было произнесть и которыхъ онъ не переставалъ повторять про себя, что даже улыбкой не отвѣтилъ на насмѣшливый вопросъ.
-- ...День, наконецъ, замѣчательнѣйшій и драгоцѣннѣйшій изъ всѣхъ дней, ибо приносить намъ счастіе во образѣ ангела; да, хотя мы сегодня въ первый разъ имѣемъ счастіе зреть очаровательныя черты вашего лица, г-жа маркиза, за то ваши добродѣтели давно уже намъ известны; теперь же, когда намъ даровано счастіе соединить восторгъ зрѣнія съ признательностію сердца, блаженство наше совершенно, и намъ остается только благодарить небо за этотъ вдвойне-счастливый день.
-- Еще день, проговорилъ пасторъ насмешливо:-- конецъ стоить начала.