-- Во-первыхъ, мне было восемь лѣтъ, а во-вторыхъ, они шутили. Позабавимся! говорилъ мэтръ Туссенъ-Жиль, державшій конецъ веревки.
-- Какъ угодно, г. полковникъ! сказалъ честный охотникъ, лицо котораго выражало негодованіе и составляло рѣзкій контрастъ съ сардоническимъ спокойствіемъ г. де-Водре:-- хоть вѣрьте, хоть не вѣрьте, а теперешніе шатожиронскіе граждане не лучше прежнихъ, и трактирщикъ Туссенъ-Жиль, между прочимъ, такой же негодяй, если еще не больше, какъ и отецъ его. Не смотря на теперешнее лицемѣріе ихъ, они рады бы возобновить революціонныя продѣлки. Только не думаю, чтобъ теперь кто-нибудь изъ нихъ рѣшился опустить васъ въ колодезь на веревкѣ.
-- Во-первыхъ, веревка порвется, сказалъ полковникъ, съ улыбкой посмотрѣвъ на свой колоссальный ростъ:-- а во-вторыхъ, прежде, чѣмъ имъ удастся меня опустить въ воду, я самъ окуну нѣсколькихъ...
-- Не считая тѣхъ, которыхъ берется утопить Грегуаръ Рабюссонъ.
Отставной полковникъ и бывшій квартирмистръ, оба сложенные, какъ Геркулесы, помѣнялись улыбками и самоувѣренными взглядами людей, убѣжденныхъ въ своей силѣ и знающихъ, что въ случаѣ опасности они могутъ положиться другъ на друга.
-- Итакъ, продолжалъ баронъ: -- мой племянникъ пріѣдетъ сегодня, а господа шатожиронскіе граждане готовятся сдѣлать ему торжественный пріемъ? Это-то и причина суматохи, которую я замѣчаю на площади замка?
Г. де-Водре приставилъ зрительную трубу къ глазу и навелъ ее на указанное мѣсто.
-- Что это за зеленые столбы, спросилъ онъ, помолчавъ:-- которые ставятъ передъ рѣшеткой?
-- Это тріумфальныя ворота, отвѣчалъ Рабюссонъ.
-- Тріумфальныя ворота! а какую побѣду одержалъ господинъ маркизъ? За что ставятъ ему тріумфальныя ворота? Эти глупости такъ же жалки, какъ были отвратительны революціонныя сатурналіи. Я увѣренъ, что это выдумка Бобиль е?