-- Къ-чему эти преувеличенія? Пусть дѣла идутъ своимъ порядкомъ, и свиданіе, котораго вы страшитесь, само-собою устранится. Мужъ вашъ никогда не былъ въ короткихъ сношеніяхъ съ моимъ племянникомъ; въ последнее время, между ними возникло даже соперничество... Можно ли предположить послѣ этого, чтобъ кто-нибудь изъ нихъ сталъ искать или желать сближенія.
-- Онъ не будетъ; по-крайней-мѣрѣ я такъ думаю; если онъ не столько жестокъ, какъ неблагодаренъ, то станетъ ли искать случая видѣться со мною, чтобъ имѣть жестокое удовольствіе насладиться моими страданіями?.. Но вы не знаете, до какихъ безумныхъ, смѣшныхъ, низкихъ поступковъ можетъ довести г. Гранперрена его неизлечимое тщеславіе?... Ради чести быть принятымъ по-пріятельски въ замкѣ г. маркиза де-Шатожирона, онъ готовъ пожертвовать своими выгодами; а вѣдь выгоды ему дороже всего въ мірѣ!
-- Но теперь между имъ и Иракліемъ не пустая тяжба, а политическое соперничество.-- Не-уже-ли обстоятельства, ссорящія даже лучшихъ друзей, не отдалятъ г. Гранперрена отъ моего племянника?
-- Вы не знаете г. Гранперрена: пусть ему окажутъ малѣйшую вѣжливость, пусть ему пришлютъ только самое обыкновенное приглашеніе въ замокъ, -- эта драгоцѣнная для него почесть заставить его отказаться отъ всего, отъ кандидатства и отъ всѣхъ выгодъ!
-- Знаю, дворянскій титулъ можетъ ослѣпить вашего мужа, хоть это ужь и не въ модѣ; знаю, что къ этому примѣшивается еще частица зависти...
-- Вы очертили его двумя словами: ослѣпленный завистникъ.
Поощряемый презрительною ироніею, съ которою г-жа Гранперренъ говорила о своемъ мужъ, баронъ продолжалъ улыбаясь:
-- Его еще вѣрнѣе можно очертить однимъ словомъ.
-- Выскочка! отвѣчала не колеблясь и съ гордымъ презрѣніемъ молодая женщина, вышедшая за плебея, но незабывшая, что она сама аристократка.
-- Впрочемъ, онъ прекрасный человѣкъ, сказалъ г. де-Водре какъ-бы для того, чтобъ смягчить прежде-сказанное; прямъ, честенъ и уважаемъ по заслугамъ.