-- Мэромъ! повторилъ новый смотритель за лесами, вытаращивъ глаза.
-- Мэромъ знаменитой общины Шатожиронъ-ле-Вьель, прибавилъ г. де-Водре съ большею торжественностью.
-- Стало-быть, у насъ своя община? вскричалъ Рабюссонъ, готовый плясать отъ радости.
-- Да, у насъ своя община, мой добрый Грегуаръ, сказалъ баронъ, удовольствіе котораго равнялось радости отставнаго охотничьяго-стража; теперь дело рѣшено; мы отдѣлили свою бѣдную и старую общину. Послѣ долгихъ хлопотъ и тщетныхъ усилій, я одержалъ, наконецъ, побѣду, на зло всѣмъ кознямъ почтенныхъ гражданъ, нашихъ сосѣдей. Я восторжествовалъ на зло муниципальному совѣту, на зло подпрефекту, на зло префекту и даже, кажется, на зло министру! Хе, хе, хе! продолжалъ сельскій дворянинъ, потирая руки:-- лучинка еще не погасла! Хоть я и принадлежу къ числу побѣжденныхъ въ 1830 году, однакожъ въ Парижѣ есть еще люди, помнящіе услуги, оказанныя имъ Генрихомъ де-Водре при другомъ правленіи. Я вижу, что человѣческій родъ совсѣмъ не такъ неблагодаренъ и черенъ, какъ говорятъ о немъ.
-- Не-уже-ли письмо, только-что прочитанное вами, заключаетъ въ себѣ эту важную новость?
-- Вотъ ужь десять дней, какъ я жду этого письма; наконецъ, оно пришло и дѣло наше решено. Повелѣніе короля прибыло уже въ Маконъ, и, вероятно, мэръ Амудрю получилъ уже отъ префектуры приказаніе составить избирательные списки новой общины.
-- Это не будетъ стоить ему большего труда, полковникъ, потому-что вы сами составили уже эти списки и даже напечатали ихъ въ Маконъ. Остается только прибить объявленія.
-- Завтра мы это и сдѣлаемъ.
-- Какъ у васъ все идетъ живо, полковникъ! Это напоминаетъ мнѣ былое время, въ полку; какъ, бывало, мы живо маневрировали, не смотря на тяжелыя каски и кирассы!
-- Въ-самомъ-дѣлѣ? сказалъ баронъ улыбаясь.