-- Почти...
-- Обѣды, квинтеты, охота, и больше ничего?
-- Не угодно ли вамъ будетъ объясниться положительнѣе, тогда я лучше пойму васъ и, можетъ-быть, мы сговоримъ.
-- Извольте, объяснюсь, сказалъ Фруадво съ неизмѣнной флегмой:-- не скрою отъ васъ, что предложенія г. маркиза де-Шатожирона кажутся мнѣ довольно скудными, особенно въ сравненіи съ гораздо-большею щедростію его соперника.
-- Такъ г. Гранперренъ уже дѣлалъ вамъ предложенія? вскричалъ Ланжеракъ съ безпокойною живостію.
-- И довольно-выгодныя предложенія; посудите сами. Въ вознагражденіе за голоса, которыми я буду располагать во время выборовъ, мнѣ предлагаютъ должность намѣстника. Признайтесь, это предложеніе существенное, положительное, съ которымъ никакъ не могутъ сравниться пустыя, ни къ чему неведушія любезности г. маркиза де-Шатожирона.
-- Не стану оспоривать существенности предложеніи г. Гранперренъ, и сожалѣю, что мы сами не вникнули въ предметъ съ этой точки зрѣнія; но вѣдь дѣло еще не рѣшено и, если вы мнѣ позволите сходить въ замокъ, даю вамъ вѣрное слово, что возвращусь съ условіемъ, которое, достаточно обезпечивъ собственныя ваши выгоды, дастъ вамъ возможность...
-- Выбросить васъ въ окно, договорилъ Фруадво, спокойно скрестивъ руки на груди.
-- Милостивый государь! вскричалъ Ланжеракъ съ изумленіемъ и гнѣвомъ:-- за эти слова...
-- Я готовъ разсчитаться съ вами; но позвольте мнѣ сперва объясниться: за минуту до васъ, тщедушное существо, называющееся г. де-Буажоли, приходило ко мнѣ съ благородными предложеніями, о которыхъ я упомянулъ. Еслибъ онъ не былъ такъ тщедушенъ, и еслибъ я ненадѣялся однимъ щелчкомъ свалить его, то безъ всякаго сомнѣнія я отправилъ бы г. де-Буажоли по воздушной дорогѣ, которую сейчасъ предлагалъ вамъ; но опытъ in anima vili, который мнѣ совѣстно было произвесть надъ такимъ слабымъ существомъ, я сейчасъ же предпрійму надъ молодымъ человѣкомъ моихъ лѣтъ, ловкимъ и сильнымъ, если открою въ его словахъ намѣреніе оскорбить мою совѣсть или честь.