Мэръ взялъ мирнаго судью за руку и повернулъ его. Машинально повернулись и присутствующіе,-- и глаза всѣхъ обратились къ сторонъ, въ которую указывалъ Амудрю съ торжествующимъ видомъ.
Надъ тріумфальной аркой гордо возвышалась рамка, съ которой былъ наконецъ снятъ холстъ, скрывавшій ее дотолѣ отъ любопытныхъ взоровъ, и солнце, сіяніе котораго какъ-бы усилилось въ эту торжественную минуту, освѣтило гербъ рода Шатожироновъ.
Постараемся описать этотъ гербъ. Нижняя часть состояла изъ восьми красныхъ и желтыхъ треугольниковъ, расположенныхъ наподобіе ступеней круглой, спиральной лѣстницы и сходившихся острыми концами въ центръ этой части герба; въ верху, на лазоревомъ полѣ, рисовался замокъ совершенно-бѣлый, исключая нѣкоторыхъ мелкихъ подробностей.
Маркизская корона возвышалась надъ гербомъ, поддерживаемымъ двумя львами, взъерошенныя гривы, окровавленныя пасти и страшные когти которыхъ, вероятно, не разъ пугали самого живописца.
Въ одномъ углу было скромно подписано такими, однакожь, буквами, что ихъ можно было разобрать въ десяти шагахъ:
Th é ophile Bobilier fecit.
При видѣ въ-самомъ-дѣлѣ удивительной картины, за которою онъ проработалъ цѣлыя двѣ недѣли, и поставленной, наконецъ, благополучно на приличномъ мѣстѣ, на вершинѣ арки, мирный судья ощутилъ художническую гордость, самодовольствіе, внезапно смирившія гнѣвъ его и внушившія ему глубокое презрѣніе къ дерзостямъ капитана пожарной команды. Не удостоивъ его даже взгляда, онъ поспѣшилъ къ довершенной, наконецъ, работѣ, чтобъ поближе разсмотрѣть свое произвѣденіе.
-- Удивительный театральный эффектъ! сказалъ бѣлокурый виконтъ, запивъ полнымъ стаканомъ вина съѣденнаго цыпленка и приставивъ къ левому глазу маленькій черепаховый лорнетъ. Желалъ бы я знать художника, создавшаго эту картину. Эй, г-нъ капитанъ, теперь я знаю, какъ величать васъ; г-нъ капитанъ пожарной команды!
Туссенъ-Жиль поднялъ голову; на лицѣ его можно было прочесть желаніе зажать ротъ, какою-нибудь грубостію, шутнику, смѣявшемуся надъ нимъ и опасеніе лишиться постояльца, прибывшаго только съ утра, но весьма-выгоднаго, судя по завтраку, имъ заказанному и уже истребленному. Послѣднее чувство одержало верхъ; ибо хотя капитанъ пожарной команды былъ республиканецъ, но прежде всего онъ былъ трактирщикъ.
-- Что вамъ угодно, г-нъ виконтъ? спросилъ онъ вѣжливо, стараясь скрыть свою досаду.