-- Что случилось? спросилъ баронъ проспувшись.
-- Полковникъ, въ замкѣ пожаръ, отвѣчалъ бывшій охотничій стражъ, подойдя къ окну и отдернувъ занавѣсъ.
И отраженіе сильнаго пожара внезапно освѣтило комнату красноватымъ свѣтомъ.
Г. де-Водре уже соскочилъ съ постели.
-- Разбудить все селеніе, сказалъ онъ:-- вывезти трубу, о чтобъ черезъ пять минутъ все было готово!
Пока баронъ поспѣшно одѣвался, Рабгоссонъ отправился бѣгомъ исполнять его-приказанія.
Нѣсколько минутъ спустя, тѣ изъ шатожирон-ле-вьельскихъ крестьянъ, которые первые одѣлись, бѣжали по прямому, слѣдовательно, самому крутому пути къ нижнему селенію, между-тѣмъ, какъ двѣ здоровыя, дюжія лошади несли въ галопъ трубу по другой, дальней, но за то болѣе-проѣзжей дорогѣ.
Тревога, которую звонили въ шатожирон-ле-бурской церкви и которой начинали уже вторить колокола двухъ сосѣднихъ селеній, барабанный бой Туано, вступившаго опять во владѣніе своимъ барабаномъ и каской, колеса, трубы, копыта лошадей, ударявшія о камни, крики жителей селенія, пламя, пылавшее длинными струями изъ оконъ замка и подобно разрушительному маяку указывавшее путь крестьянамъ, сбѣгавшимся со всѣхъ сторонъ къ мѣсту несчастія,-- все придавало этой сценѣ мрачный, грозный видъ.
-- Полковникъ, это пожаръ необыкновенный, сказалъ Рабюссонъ, идя возлѣ г. де-Водре.
-- Отъ-чего? сбросилъ баронъ.