Пасторъ Доммартенъ, не смотря на свою тайную злобу, счелъ нужнымъ явиться; онъ тоже очень суетился и въ-особенности старался, чтобъ хозяинъ замка замѣтилъ его.
Наконецъ, -- странное дѣло!-- ревностнѣйшими и неутомимѣйшими тушителями были Туссенъ-Жиль, Лавердёнъ, Готро, Пикарде, -- словомъ, всѣ члены патріотическаго клуба, зачинщики вчерашнихъ безпорядковъ. Правда и то, что это неожиданное поведеніе было не совсѣмъ-безкорыстно; тутъ былъ маленькій разсчетъ. Зная уже, что мирный судья писалъ на нихъ самое страшное донесеніе, какое когда-либо выливалось изъ-подъ пера разгнѣваннаго чиновника, они смутились еще болѣе, когда въ сумерки прибылъ изъ Рансене жандармскій отрядъ. Слухъ о томъ, что главные бунтовщики будутъ арестованы, не замедлилъ распространиться въ селеніи; поэтому не удивительно, что начальники республиканской партіи безъ всякаго уговора вздумали обезоружить своимъ усердіемъ грозный гнѣвъ стараго судьи.
Никогда еще капитанъ пожарной команды не управлялъ съ такой энергіей дѣйствіями своихъ солдатъ. Готро и Пикарде трудились наперерывъ другъ передъ другомъ; наконецъ, даже вице-президентъ Лавердёнъ кряхтѣлъ и пыхтѣлъ качая трубу или таская воду.
-- Я непремѣнно слягу, ворчалъ по временамъ толстый мелочной торговецъ, утирая съ лица потъ холодною рукою: -- но все равно, лучше слечь въ постелю, чѣмъ идти въ исправительный, а пожалуй и съ уголовный судъ!
Когда мирный судья, драпируясь въ халатѣ съ узорами, или сбрасывая съ глазъ острый конецъ колпака, проходилъ мимо клубистовъ, они всегда старались обратить на себя его вниманіе.
-- Господинъ мирный судья, хорошо ли стоитъ моя труба? спрашивалъ Туссенъ-Жиль, смиряя свою гордость и вмѣстѣ жажду мщенія.
-- Господинъ мирный судья, говорилъ Готро: -- вы напрасно изволите здѣсь стоять; ваша жизнь такъ для насъ драгоцѣнна, что вы не имѣете права подвергать ее опасности; намъ, далеко нестогощимъ васъ, можно рисковать собою для спасенія замка.
-- Господинъ мирный судья, кричалъ Пикарде, показывая старому чиновнику обожженныя руки и опаленные волосы: -- я ужь вполовину изжаренъ, но все равно, не уйду отсюда, пока огонь не будетъ потушенъ! Меня унесутъ отсюда развѣ только совершенно-изжареннаго!
Читатели замѣчаютъ, что почтенный слѣсарь очень-искусно старался поставить на счетъ пожара обиды, причиненныя его особѣ, когда онъ спустился съ древа свободы, и превратить такимъ образомъ совершенно-невольное поврежденіе въ слѣдствіе героическаго поступка.
-- Я весь вспотѣлъ, г-нъ мирный судья, говорилъ трогательнымъ голосомъ мелочной торговецъ Лавердёнъ:-- дай Богъ, чтобъ у меня не сдѣлалось колотье въ боку!.. Но все равно, у кого есть сердце въ груди, тотъ не покидаетъ ближняго въ бѣдѣ.