-- Я думаю, сказалъ Ланжеракъ небрежно: -- но если случай открылъ вамъ; г-нъ адвокатъ, мое имя, такъ не благоугодно ли вамъ будетъ сказать мне свое? Можетъ-быть, намъ прійдется помѣняться пулями; ибо, предположивъ даже законность вашего права на половину моей комнаты, въ силу какого-то варварскаго обычая вашей столицы; предположивъ даже, говорю, что я долженъ принять васъ въ комнатные товарищи, мы найдемъ другое дело, по которому я могу требовать удовлетворенія.
-- Какое дѣло? спросилъ Фруадво, вынимая изъ кармана пару черныхъ перчатокъ, которые онъ не безъ труда сталъ напяливать на свои широкія и загорѣлыя отъ солнца руки.
-- Мнѣ кажется, г-нъ адвокатъ, вы сейчасъ довольно-невѣжливо вырвали у меня мой стикъ.
-- Вашъ стикъ? Что это за штука?
-- Мою трость, отвѣчалъ виконтъ, презрительно улыбнувшись невѣжеству провинціала: -- вы вырвали у меня мою трость, а собака ваша изорвала мнѣ жилетъ.
-- Я вырвалъ у васъ стикъ потому, что вы, по-видимому, намѣревались ударить имъ меня, за что, мимоходомъ сказать, вы поплатились бы дорого. Что же касается до вашего жилета, то я уже выразилъ вамъ свое сожалѣніе на-счетъ причиненнаго ему поврежденія; но вы сами виноваты: вы бы должны знать, что кто грозитъ господину, тотъ подвергается опасности быть заѣденнымъ его собакой.
-- Хорошо, хорошо, мы разсмотримъ это дѣло. Вы знаете, а, можетъ-быть, и нѣтъ, что въ подобныхъ случаяхъ рѣшеніе предоставляется безпристрастію пріятеля. Когда Шагожиронъ пріѣдетъ, я сообщу ему это дѣло и онъ рѣшитъ, долженъ ли я требовать удовлетворенія.
-- Вы другъ г. маркиза де-Шатожирона? спросилъ Фруадво.
-- Его короткій другъ, г. адвокатъ; но позвольте вамъ еще разъ замѣтить, что вы знаете мое имя и имя одного изъ друзей моихъ, между-тѣмъ, какъ вы все еще не удостоили меня отвѣта; какъ васъ зовутъ?
-- Жоржъ Фруадво, сказалъ молодой адвокатъ, застегивая перчатки.