Болѣе всего распространенный слухъ говорилъ, что графъ вызывалъ любовника Марты, но что храбрый дипломатъ отказался дать удовлетвореніе человѣку, котораго онъ такъ жестоко оскорбилъ.
Прибавляли, что графъ не могъ выносить вида Маргариты де-Монторни -- его единственной дочери, которой въ то время было едва восемь лѣтъ.
Какъ могъ графъ разстаться со своей дочерью?...
Это случилось благодаря тому, что дѣвочка и чертами лица и характеромъ слишкомъ напоминала ту, которая разрушила счастье всей его жизни.
Графъ, говорили, отдалъ дочь въ одинъ изъ отдаленныхъ монастырей, а самъ поселился навсегда въ своемъ замкѣ Монторни.
Дѣйствительно, ни въ клубахъ, ни въ парижскихъ салонахъ не стало болѣе видно графа. Онъ упорствовалъ жить въ абсолютномъ одиночествѣ, не принимая визитовъ и не дѣлая ихъ никому, считаясь въ странѣ мизантропомъ.
Но человѣкъ не выноситъ бездѣйствія. Шарль де-Монторни сталъ заниматься хозяйствомъ и сдѣлавшись опытнымъ агрономомъ довелъ управленіе землями до совершенства.
Не было ни одной избушки или хижины, которую онъ не сдѣлалъ бы здоровой и удобной для житья, изгоняя отовсюду бѣдность. Поэтому окрестности Монторни не знали тѣхъ лихорадокъ, которыя такъ свирѣпствуютъ среди крестьянъ.
Конечно, ни одинъ владѣтель не былъ такъ уважаемъ и любимъ всѣми, какъ графъ Шарль де-Монторни.
Время -- этотъ великій врачъ-чудотворецъ, конечно утишило бы горе графа, но никогда не согласился бы онъ выставлять жадному взгляду любопытныхъ старыя, полузажившія раны своего сердца.