Наконецъ молодыя дѣвушки вернулись въ замокъ къ облегченію лошадокъ и нервовъ Амели де-Рошбейръ.
Всю дорогу Маргарита была мила и очаровательна, въ ней не было и слѣда той безпокойной экзальтаціи, которая сначала такъ испугала ея подругу, такъ что вернувшись въ замокъ, Амели почти забыла о своихъ безпокойствахъ и просто отвѣчала на распросы, что Маргарита капризный ребенокъ и что она заставила ее вмѣсто предположенныхъ визитовъ, сдѣлать продолжительную поѣздку. Когда Маргарита возвратила ей занятыя деньги, ей даже не пришло въ голову спросить, что она дѣлала на станціи. Она думала, что вѣроятно ея подругѣ пришла фантазія выписать изъ Парижа какую нибудь шляпку или костюмъ.
Въ дѣйствительности же телеграмма была адресована на имя де-Ламбака въ замокъ Трамбль, около Мезонъ-Лафитъ, и была написана въ самомъ тревожномъ тонѣ.
XXII.
Планъ дѣйствія полковника Дюваля.
Поднявшись рано утромъ, полковникъ ходилъ большими шагами по саду.
Бсе еще спало въ домѣ Дюрье, ни одинъ слуга не рѣшался еще выставить свой носъ на сырой и пронзительный утренній холодъ. Стараясь согрѣться, полковникъ застегнулся до горла, топалъ ногами, колотилъ усиленно рукой объ руку.
Въ это время онъ долженъ былъ вспомнить о лучшихъ и особенно болѣе теплыхъ дняхъ, которыя онъ провелъ подъ жаркимъ небомъ Алжира, среди вѣчно зеленыхъ пальмъ.
Но теперь онъ былъ поглощенъ единственною мыслью, мыслью о тѣхъ загадочныхъ и зловѣщихъ словахъ, которыя онъ услышалъ у постели больнаго де-Ламбака.
-- Право, я становлюсь идіотомъ! сказалъ онъ, шагая вдоль и поперекъ сада и разсѣянно смотря на вѣтви деревьевъ покрытыхъ инеемъ. Если я считаю, что попалъ на слѣдъ скрытаго преступленія, долженъ ли я трубить повсюду объ этомъ, при томъ ничтожномъ запасѣ свѣдѣній, которыя у меня есть?.. Да и наконецъ это меня не касается, съ какой стати мнѣ мѣшаться въ чужія дѣла?..