Дымъ сдѣлался очень густъ, въ воздухѣ раздавались постоянные выстрѣлы, крики людей смѣшивались со стукомъ оружія и молотка слесаря. Шумъ былъ оглушительный.
-- Ихъ двое! философически замѣтилъ Морель, капитанъ де-Ламбакъ также принимаетъ участіе въ дѣлѣ.
Между тѣмъ полиція исполняла свой долгъ и не отступала.
Самъ коммисаръ, никогда не отличавшійся воинственностью, велъ себя отлично, поощряя своихъ людей къ новымъ усиліямъ, тогда какъ жандармы энергически нападали на окна втораго этажа.
Среди всего этого шума были ясно слышны женскія крики, раздававшіяся изъ верхняго этажа громаднаго замка.
Дерево дверей летѣло въ разныя стороны, замокъ и петли должны были наконецъ уступить, но наскоро устроенная за дверями баррикада изъ самой тяжелой мебели дѣлала входъ въ нее очень труднымъ.
На громъ выстрѣловъ сбѣжалась большая часть агентовъ, окружавшихъ замокъ и надъ устройствомъ прохода много человѣкъ работало съ храбростью и настойчивостью.
Казалось, что всѣми ими овладѣла какая то ярость.
Гнѣвъ и боязнь придавали имъ лихорадочное возбужденіе.
Четверо людей были уже слегка ранены, не считая перваго, пораженнаго болѣе серьезно. Пули летѣли какъ градъ и дымъ дѣлался все непроницаемѣе.