Госпожа де-Ламбакъ, какъ и всѣ женщины, которыхъ рокъ принуждаетъ раздѣлять съ мужемъ изгнаніе, была по словамъ всѣхъ добрымъ геніемъ своего мужа, но геніемъ робкимъ, котораго крылья были связаны слѣпой любовью и неспособнымъ спасти отъ разоренія расточителя, такъ твердо рѣшившагося разориться.
Но все-таки благодаря ей разореніе не было полнымъ. Проценты съ капитала, положеннаго отцемъ на ея имя, были единственнымъ рессурсомъ всей семьи.
Однако Марія Жаке принесла мужу богатое приданое, но оно растаяло какъ и все остальное.
Госпожа де-Ламбакъ никогда не жаловалась, она даже не позволяла себѣ сдѣлать малѣйшее замѣчаніе мужу, доведшему ее почти до нищеты.
Ея отецъ послѣ долголѣтнихъ трудовъ успѣлъ составить себѣ торговлей независимое состояніе и сдѣлаться меромъ своего родного округа. Онъ считалъ необычайной милостью судьбы бракъ своей дочери съ наслѣдникомъ замка де-Ламбакъ:, но онъ прожилъ послѣ этого настолько, чтобы увидѣть разбитыми всѣ свои надежды, такъ какъ ему два раза приходилось платить долги своего благороднаго зятя.
Однако онъ умеръ до наступленія кризиса и избѣжалъ горя видѣть полное разореніе своей дочери.
Госпожа де-Ламбакъ встрѣтила бѣдность съ философической покорностью. Она налагала на себя лишенія, чтобы только аккуратно платить своимъ поставщикамъ; она распоряжалась своимъ скромнымъ доходомъ со строгой экономіей, торгуясь какъ самая обыкновенная хозяйка, и притомъ устроивая однако такъ, что у Роберта было всегда отличное бѣлье, и два или три любимыхъ блюда за обѣдомъ.
Слабость характера этой доброй женщины, представляла сильный контрастъ съ рѣзкой и рѣшительной натурой ея мужа. Робкая и покорная, нервная и впечатлительная, она вся дрожала когда онъ приходилъ въ гнѣвъ, а это случалось слишкомъ часто. Тогда только заслышавъ его тяжелые шаги, или голосъ, болѣе громкій чѣмъ обыкновенно, она блѣднѣла, вздрагивала и роняла работу, которую держала въ рукахъ.
Единственную издержку лично на нее составляла плата доктору, съ которымъ она иногда совѣтовалась о своей болѣзни, болѣе моральной чѣмъ физической, которую она называла невралгіей.
Докторъ Маріонъ, знавшій положеніе и средства госпожи де-Ламбакъ и умѣвшій оцѣнить усилія, которыя дѣлала она и ея племянница, чтобы содержать семью ничтожными средствами, питалъ къ этой достойной женщинѣ глубокую симпатію. Онъ съ такимъ важнымъ видомъ клалъ въ карманъ три франка, полученные отъ нея за визитъ, какъ будто бы это было горсть золота. Для него было большимъ удовольствіемъ познакомить обитателей замка Трамбль съ молодой монастырской пансіонеркой.