Тогда Маргарита наконецъ заговорила.

-- Г. баронъ, сказала она, у васъ великодушное сердце, вы и всѣ ваши были безконечно добры ко мнѣ. Все это кончилось. Вы будете вспоминать обо мнѣ лишь съ отвращеніемъ, но имѣйте теперь еще немного терпѣнія, не прогоняйте меня еще нѣсколько минутъ. И вы, Амели, выслушайте меня. Прежде чѣмъ идти въ тюрьму, которая ждетъ меня и подняться на ступени эшафота, я хотѣла бы, съ позволенія этихъ господъ, сказать вамъ нѣсколько словъ. Говоря это она устремила на агентовъ взглядъ исполненный кроткой просьбы и подавляющаго презрѣнія.

-- Мы будемъ ждать сколько вамъ угодно, сударыня, сказалъ Байе, но васъ никто не заставляетъ признаваться въ вашемъ преступленіи.

Морель сдѣлалъ молчаливый знакъ согласія, но на лицахъ этихъ людей ясно видно было любопытство, отъ котораго они не могли отдѣлаться.

Баронъ опустился на стулъ и закрылъ лицо руками, но Амели осталась стоять, не будучи въ состояніи оторвать взгляда отъ лица той, которую она такъ любила.

Маргарита помолчала нѣсколько мгновеній, затѣмъ заговорила тихимъ, но яснымъ голосомъ.

-- Благодарю васъ за снисходительность, сказала она, я не употреблю ея во зло. Мое признаніе будетъ имѣть одно достоинство: откровенность и чистосердечіе. И тѣмъ не менѣе я была воплощенной ложью, мое имя чужое, мое богатство -- также... Но я ни за что на свѣтѣ не согласилась бы обмануть васъ сегодня. Вѣрьте моимъ словамъ, какъ вы повѣрили бы словамъ умирающей.

Сказавъ это она засмѣялась своимъ прежнимъ ужаснымъ и непонятнымъ смѣхомъ, но теперь баронъ и его дочь лучше поняли этотъ смѣхъ и невольно вздрогнули.

Она продолжала:

-- Вы знаете мое настоящее имя и положеніе въ свѣтѣ, я племянница г-жи де-Ламбакъ, и полагаю, что это все, что вы знаете обо мнѣ; я скажу вамъ всю правду: сирота безъ всякихъ средствъ, я была всѣмъ обязана моей теткѣ, которая взяла меня; я не знала ея и даже никогда прежде не видала; мое имя самое темное, Жаке были всегда простыми фермерами и я полагаю, что какъ не перерывай ихъ генеалогію между ихъ предками едвали найдется дворянинъ. Однако вы видите, что несмотря на это я довольно хорошо сыграла мою роль знатной дамы, и это не стоило мнѣ никакого труда. Не правда ли, я была достойна носить знаменитое имя Монторни? Вы согласны, баронъ? А вы, Амели, развѣ вы подозрѣвали когда-нибудь кто я? Не думаю.